Моя любимая мачеха, или Она не твоя

И осознание этого выкручивало нервы, выдирало лёгкие, затапливало горечью по самую макушку.

Всю ночь я вспоминал нашу близость. Прекрасное страстное время, во время которого моё каменное сердце ожило, по венам заструилась кровь, и я поверил, что могу стать счастливым.

С ней.

И сейчас, осознавая, что не заметил ни отчаяния во взгляде Милены тем утром, ни её обречённого состояния, лишь скрипел зубами от безысходности. Женщина была со мной только из-за наркотика. Окажись на моём месте другой, что-нибудь изменилось бы?

Нет. Не хочу знать ответ. Чтобы верить в будущее, мне нужна хоть маленькая ниточка, за которую я буду хвататься, чтобы не утонуть окончательно в склизкой гуще ненависти.

Поблагодарив Ярослава, я закрыл дверь нашего дома… Нет. Дома отца. Это больше не мой дом, нужно переехать на городскую квартиру. Я не смогу здесь жить. В ненависти и зависти к хозяину и желая его жену.

Милена с ним сейчас на Бали…

Стоп. Не думать. Надо выпить.

— Рома!

Ко мне выбежала первая жена отца и по нелепой случайности женщина, которая дала мне жизнь. Бля, совсем забыл, что она здесь. Увернулся от объятий:

— Не трогай меня. Оставь в покое. Раньше у тебя это удавалось виртуозно, так не изменяй хотя бы себе!

И направился к лестнице, ведущей на второй этаж.

— Рома! — не унималась Катя, ловко преграждая мне путь. — Сынок! Нам нужно поговорить! Давай присядем в гостиной. Я пирог испекла.

— Не голоден, — отвёл её в сторону. — И общаться с тобой нет желания."

"Поднялся на ступеньку.

— Рома, пожалуйста! — женщина крепко схватила меня за руку.

Она упрямо сжала губы и изо всех сил сдерживала слезы стоящие в глазах. Только одна все таки сорвалась и соскользнула со щеки. Думал,

Катя начнет меня шантажировать, давить на жалость или истерить, но она быстро смахнула предательницу.

— Прости, гормоны. Пожалуйста, нам нужно поговорить. — вновь попросила женщина, которая меня родила.

— Говори здесь, — я неохотно спустился с лестницы. Всё же подвергать беременную опасности не стоило. Всё же она не совсем чужая. — И побыстрее. Что у тебя?

— У меня сын, который меня ненавидит, а заодно и половину земного шара. — зло ответила мне она, показывая свой темперамент, а затем выдохнула и заговорила иначе: мягко, спокойно. — Рома, я должна тебе объяснить почему уехала и не взяла тебя с собой.

— Не хочу знать, — буркнул я. — Оставь свои откровения, мне это не интересно. У тебя всё?

— Знаю! — жестом руки она остановила меня. — У тебя уже сформировалось свое отношения к этому и слушать ты ничего не желаешь, но я клянусь, если ты не дашь мне шанс поговорить нормально, я совершу что-то непредсказуемое, но все равно добьюсь своего!

— Не сомневаюсь, — вспылил я. — Ты всегда думала только о себе и творила что хотела. Так и продолжай.