Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)

В спальне полумрак, если не считать тонкую полоску света, проникающую сюда из гостиной. Внутри всё дребезжит и громыхает, когда чувствую на спине её губы и горячее дыхание.

Молча тяжело вздыхаю и незаметно улыбаюсь.

Дурочка моя.

Строго-настрого запретила мне даже заикаться о свадьбе. Сказала, не так всё себе представляла и рано нам жениться. Хочет встречаться, ходить за ручку, принимать цветы и получить всё то, что я якобы ей задолжал. А уже потом этой заразе надо помолвочное кольцо и шикарную свадьбу с двумя сотнями гостей.

Пиздец.

— Мир, — шепчет мне в спину.

 — Громов мой. Ну, пожалуйста. Не обижайся. Пожениться всегда успеем.

— Надо было сказать тебе, что секс только после свадьбы, — ворчливо проговариваю и ещё раз умиротворённо вздыхаю.

— Надо было, Мир. Поздно.

Сзади слышится озорной смешок, а моё правое плечо настойчиво разворачивают. Следом за этим Алиева забирается на меня верхом и укладывает голову на грудь, обдавая ароматом моего же шампуня.

Оккупировала мою территорию, распределила стринги на сушилке в ванной комнате, прокралась в душу, залезла сверху и ножки свесила. Ещё и замуж не хочет.

Вредная зараза, сил моих нет. Дал же Боженька любимую.

Всё равно моя будет.

Никуда не денется, Карамелина.

— О чем вы разговаривали с папой? — спрашивает она, пытаясь быть безразличной.

— А тебе всё расскажи.

— Конечно. Ну расскажи-и, — тянет.

Обнимаю её покрепче за плечи и думаю, что из того, о чем мы общались с Русланом можно рассказать ей.

Ночью Мия буквально по часам разложила мне с кем она встречалась, чем занималась и что ела и пила после того, как покинула салон моего «БМВ» и усвистала под ручку с Демидовым.

Этой же информацией я поделился с её отцом, который в общих чертах был уже в курсе всей ситуации.

Я так понимаю, что Карамелина поделилась переживаниями с Долинской, а Арина переложила эту ответственность на адвокатские плечи мужа, который уже, в свою очередь, донёс всё до Алиева, который оказывается ни о чем и не подозревал.

Московский спец дяди Глеба молчит, беспокоить его самому мне сразу было не велено, поэтому я решил объединить усилия с Русланом, чтобы поскорее найти того, кто нам гадит."

"— Ты ему не рассказал? — поднимает голову и подозрительно смотрит на меня.

— Что?

— Ну… — смущается. — Про то… что мы…

— Трахались? — спрашиваю задиристо.

— Громов, — рычит вредная Карамелина. — Обязательно быть таким пошляком?

Размещаю ладони на упругих ягодицах и как следует вминаю её промежность в свой пах.

— Ох, — выскальзывает изо рта.

— Ох? — улыбаюсь.

— Хочу тебя, — шепчет она, вжимаясь в мои губы своими влажными губами.

— Так, так, так, — отстраняюсь. — Это кто ещё пошляк?..

Мия поднимается и устраивается поудобнее на моих бёдрах.