Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)

— Дочка, — улыбается мама и тянет ко мне руку.

Она сидит в мягком кресле рядом с детской кроваткой.

— Привет, — немного неуклюже улыбаюсь и подхожу ближе.

Уставляюсь на маленький свёрток в её руках.

— Иди знакомиться, — подмигивает мама.

Боже.

Она и правда малютка.

Нежные крохотные щёчки, носик-кнопка и розовые милипусечные губки бантиком. Сердце мгновенно топит нежность, погружая его в воздушную сахарную вату. На глаза наворачиваются слёзы, а в душе появляется необычайная радость.

Улыбаюсь как дурочка и тяну руку к будто бы игрушечной ладошке, выглядывающей из тонкого плюшевого одеялка.

— На тебя очень походит, — делится мама, стирая сентиментальную слезинку из уголка глаза. — Такая же черноволосая, смуглая и спокойная. Но это только пока…

— Красивая, — проговариваю восторженно.

Боже. Ну как ты всё так устроил, что вот раз… и появился новый человек?.. Самое главное чудо во вселенной, пожалуй.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашиваю обеспокоенно.

Тут же замечаю у мамы круги под глазами, бледный цвет лица, и тут же чувствую себя законченной эгоисткой. Что бы ни случилось, есть в жизни семьи такие моменты, когда стоит зарыть топор войны и нажать на «стоп-кран».

— Нормально, — пожимает она плечами. — Устала немного.

— Помочь?..

— Пока не надо. Ольга Викторовна всё приготовила к нашему приезду, вовремя вернулась из отпуска, хоть и не планировала так рано. Камилла у нас торопыжка.

— Торопыжка?

— Ну да, родилась раньше. Врачи сказали, что для третьих родов это нормально.

— Я думала… тебе стало плохо, потому что ты увидела…

Краснею виновато.

— А, видео? — хмурится мама. — Расстроилась, конечно, но думаю, что это просто совпадение.

В конец концов, кто в твои годы вёл себя идеально? — вспыхивает её лицо. — Кто этот мальчик? Вы встречались?

— Не-ет, — округляю глаза. — Я просто… попала в неприятную ситуацию…

— Ох, — мама качает головой. — Хорошо, что всё закончилось. Папа хотел поговорить с тобой по этому поводу.

Закусываю нижнюю губу и чувствую внутри безудержное волнение.

— Он опять будет ругаться, — делюсь с мамой переживаниями.

— Не будет, он уже успокоился. Беги в свою комнату, я попрошу Ольгу Викторовну его позвать.

Ещё раз пожимаю крохотную ладошку сестрёнки и склоняюсь, чтобы поцеловать тёмные завитушки на затылке. В нос ударяет безумно сладкий аромат.

— Пахнет вкусно, — вздыхаю.

— Я тоже никак не надышусь, — делится мама, тянется, чтобы поцеловать меня в щёку. — Вы так быстро растёте, что только новые дети спасают меня от депрессии.

Посмеиваюсь, выходя из комнаты и отправляясь к себе.

Кажется, что за сутки и здесь абсолютно всё стало… другим. Или я другая…

Не знаю.