Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)
Мирон Громов был в моей жизни всегда…Этого дерзкого красавчика я считала своей собственностью, пока он… по-настоящему не влюбился. Не в меня!— Прости, моя Мия, — написал Мир в финальном сообщении.— Больше не твоя, — ответила я подонку рыдая. Он счёл нашу первую любовь никчёмной пустышкой. Значит, я тоже забуду! Вырву из сердца растоптанные чувства и отдам их другому. Например, старшекурснику-мажору. Вот только Громова такой вариант решительно не устраивает… но разве это мои проблемы?! Слишком поздно! История Мии Алиевой и Мирона Громова, читается отдельно.100 % ХЭ
Отец надеется на меня в семейном бизнесе, который ведёт совместно с моим дядей."
"В целом, я не против.
Но предпочёл бы попробовать разные варианты, чтобы выбрать то, что по душе.
Мои самокопания снова прерывает телефон.
Огонёк: «Ну, и?»
Огонёк: «Громов»
Огонёк: «Что ты молчишь?»
Огонёк: «Р-р-р-р-р-р»
Огонёк: «Я обиделась».
Закатываю глаза от раздражения. Женщины. Только прочитать всё успел, она уже надумала и сама с собой поругалась.
«Я на лекции, Лад. Кольцо красивое, но давай посмотрим что-нибудь другое. Ты говорила, что тебе понравилось платье в Пассаже».
Огонёк: «Я уже простила тебя.
«Да» — отвечаю быстро, не отвлекаясь от речи профессора.
Огонёк: «Люблю тебя. Люблю. Люблю. Люблю. Никому не отдам. Ты только мой. Понял, Громов?»
Откладываю телефон экраном вниз и немного съезжаю со стула, упирая руки в подлокотники. В комнате приятный полумрак, от которого возникает желание вздремнуть.
— А ты что к Алиевым не собираешься? — заглядывает в приоткрытую дверь мама и наблюдает, как я отправляю в стену теннисный мячик.
— Нет, мам, — отвечаю, отвлекаясь от лекции по правовым основам градостроительства.
Как я и сказал, на жизнь у меня вполне конкретные цели, отступать от которых я не намерен. Тем более, через час и двадцать минут нужно забрать Ладку с репетиции.
Огонёчек прошла кастинг у крутого московского дизайнера.
Полночи вчера рассказывала о своих планах завоевать мир модельного бизнеса и выйти на новый уровень. Внешность у неё трендовая. Худосочная фигура, прозрачная бледная кожа и вьющиеся рыжие волосы. На контрасте с бэби-фейс смотрится охренительно.
Впечатляет.
Мама задумчиво рассматривает мою комнату.
— Я думала, ты пойдёшь, чтобы поддержать Мию, — замечает тихо.
— А… что с ней?
— У неё появился мальчик. Сегодня знакомит с родителями.
Нарушивший заданную траекторию мяч, лупит мне по лицу, усиливая эффект услышанной информации. В замешательстве потираю шершавую щёку.
Какой ещё в жопу «мальчик»?
Я думал она в сессии целиком и полностью. Грызёт гранит науки. Решил начать налаживать наше общение после того, как сдаст все зачёты, чтобы не психовала попусту.
А она будет психовать.
Металлические двери на первом этаже грохают, а моё настроение падает, как ракета… только носом об землю.
Выключив комп, иду на кухню и наливаю себе яблочный сок.
— О, братец-кролик, и ты здесь, — заходит Юлька.
С каким-то лютым пессимизмом изучаю её плюшевый домашний комбинезон в виде розового пони.
— Это че за херня? — спрашиваю хмуро.
— Это? — удивляется и опускает голову. — Кигуруми.
— Нет, — отворачиваюсь и снова наполняю стакан. — Чё за братец-кролик?
— Ааа, — по кухне разносится бесячий ржач.

















