Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)

— Иди, конечно.

— Мирону тогда скажу, что забрала.

— Обязательно сообщи, — усмехаюсь.

В виске пульсирует лишь единственная болезненная мысль. У Громова был повод ко мне зайти, но он им не воспользовался, что ещё раз может означать только одно — Мир меня услышал и не собирается возобновлять общение.

Я ведь сама этого хотела?!

— До свидания, — Юлька обращается к креслу и на секунду зависает.

— Пока, — безучастно отзывается Лев, не обращая на неё внимания.

— Пока, Юль, — тепло прощаюсь с подругой, и с укоризной смотрю на Демидова. — Зачем ты так? Ей всего шестнадцать.

Он морщится, как от надоедливой мухи, убирает телефон на спинку кресла и зовёт меня к себе, а когда подхожу, обвивает талию и садит на колени.

Внутренности опаляет приятным теплом и я, чуть медля, скрещиваю руки на его затылке. Мне хочется пойти дальше. Потрогать его мышцы на груди, увитые венами руки и коснуться угловатой скулы, но я медлю, а дальше выпаливаю:

— Может, фильм посмотрим?"

"Лёва прижимается ближе и ныряет в ворот моей водолазки губами. Внутри пробуждается что-то вроде нетерпения наполовину с паникой.

Дрожащими ладонями упираюсь в плечи перед собой, и Лёва понимающе отодвигается.

— Какой фильм? — спрашивает, кивая на стеновой экран.

— «Сумерки» не предлагать?

— Пощади, — отзывается он, ведя кончиком носа по моей щеке. Приятно. Очень.

Дальнейшие два часа мы смотрим кино. Не то мелодрама, не то боевик с Беном Аффлеком. Пытаюсь вникнуть в сюжет как могу, но… о чём это я? Совершенно не получается, потому что Лёва не делая ничего предосудительного, заставляет меня расслабиться и даже немножко поиграть с его пухлыми губами.

В полумраке они смотрятся дико сексуально, и я делаю это со всей присущей мне, как будущему дизайнеру, дотошностью. Но увы… отдаляясь от него, когда Демидов забывшись дотрагивается до моей груди.

Дверь, после того как вышла Юлька, предусмотрительно закрыта на замок, нам никто не мешает, поэтому причина не здесь. Даже сфальшивить не получится.

— Фильм закончился, — шепчу, вскакиваю с колен и включаю приглушённый свет. Озираюсь стыдливо.

Поспешно убираю глаза с внушительного паха и обнимаю себя руками.

— Понял, — хрипло смеется Лёва, возвышаясь надо мной.

 — Решила всё-таки устроить мне «Смертельную башню»?

Прикрыв рот, хохочу и снова его обнимаю. Теперь за узкую, в сравнении с торсом, талию.

— Прости. Я не могу так быстро, — доверчиво заглядываю в глаза. — И не здесь.

— Успокойся, Ми, — его ладони забирают мои щёки и он серьёзно выговаривает. — И не стесняйся, мы ничего такого не делали. Это всего лишь поцелуи. Ласковые, приятные. Мне нравится твоё воспитание и как ты хранишь себя. Такое сейчас раритет. Ты уникальна.