Моя невыносимая

А именно тебе!

Я давно поняла, что нельзя в этом мире перекладывать ответственность за свое счастье на других. Дети, муж, родители — это все прекрасно, но все они отдельные личности, которые несут ответственность исключительно за свои чувства. К сожалению, все люди на самом деле одиноки. Мы в одиночестве приходим в этот мир и в одиночестве из него уходим. Родители умирают. Дети вырастают. Мужья уходят. У тебя остаешься только ты. И только ты сама несешь ответственность за то, что у тебя внутри. Счастье нельзя навязать, если ты в себе его не ощущаешь. Тебе никогда не будет хорошо, если тебе наедине с собой плохо.

А если наоборот и тебе хорошо и спокойно даже в одиночку, то и всем вокруг рядом с тобой будет тепло и уютно.

— Тебе меня не понять, — фыркает сестра. — У меня другая жизнь. Семья. Дети. Я не могу делать что-то для себя, потому что стараюсь для семьи! — кричит она. — Это ты у нас, как попрыгунья стрекоза. Мужиков меняешь чаще, чем белье. Живешь только ради себя любимой!

— Ты не думаешь, что возможно я тоже хочу семью и детей⁈ Но мне этого господь не дал! И что теперь мне делать? Умереть? Или ненавидеть весь мир? Проклинать замужних женщин? Или тебя винить за неудачный аборт? Забыла, кто мне его делал? — на последней фразе я буквально срываюсь.

Светлана смотрит на меня ошалевшими глазами. Впервые в жизни я позволила себе упрекнуть ее в этом.

— Не ожидала от тебя такого, — шокировано качает головой.

— Умею удивлять, — вскакиваю на ноги и с психом срываю со спинки стула свою сумочку. — Кстати, ты хотела узнать зачем я пришла, — перевожу дыхание и пытаюсь успокоиться. — Поздравляю тебя! Ты станешь бабушкой! Аборт делать поздно. Катя поживет у меня.

Деньгами я ей помогу, — смотрю на Свету и вижу, как ее глаза медленно ползут вверх. Сестра шокировано, несколько раз открывает и закрывает рот.

— Как? Как это произошло? — дрожит ее подбородок.

— А как это у всех происходит?

Пауза.

— Это расплата за мой грех? — кивает и жалобно выдыхает она. — За что мне это все? — слезы подступают к ее глазам, а плечи начинают подрагивать.

— Я не знаю за что. Но уверена, что это большая радость, а никакая не расплата, — уверенно отвечаю.

Мне становится жалко сестру. Какая бы, она не была, а все же родная кровь.

Я подхожу к ней и обнимаю. Светка не сопротивляется. Я чувствую, как ей плохо и ужасно больно в этот момент.

— Кто он? Кто отец? — всхлипывает сестра.

— Сын Рустама, — тихо отвечаю я.

— Того самого? — слезы из ее глаз начинают течь рекой.

Ну вот. Сломалась стальная женщина.

— Того самого…

Эльдар"

"— Cынок, — раздается мамин голос из-за моей спины. Оборачиваюсь. — Зайди к отцу, — взволновано просит меня мама.

Блин! Не хотелось бы с ним сегодня встречаться, но по всей видимости, придется. Мать чуть не плачет.