Моя незнакомая жизнь

Но для него это был именно флирт, развлечение, с Ленкой же дело обстояло серьезнее, только Петька данный факт не просек. Вот и вляпались оба. Я тогда даже думала, как бы мент не застрелил его, однако обошлось. Правда, отношения с женой у Петьки пошли вкривь и вкось, но он все равно хранит ей верность. По крайней мере, у меня такая информация, хотя, конечно, все может быть. Собственно, не мне его судить. Да и никому, если на то пошло. Но подразнить можно.

– Идемте, раз приехали.

Ника вздыхает, выходит из машины и шагает к подъезду. Я, топая следом, понимаю ее печаль. Многоэтажки – это песня, несовместимая с жизнью.

– Петь, ты в разговор не лезь, мы как-нибудь сами, – добавляет Ника.

Входим в грязный вонючий подъезд. Большая часть населения живет в подобных домах, и среди них множество людей, которые сморкаются посреди улицы просто на асфальт, если вы понимаете, о чем я говорю. Заходишь к таким в квартиру – в ней грязь, вонь, обои ободранные и засаленные, туалет как откроют – угореть можно. А жильцы обитают годами в этом кошмаре, и ничего, даже счастливы. Именно такие гадят в подъездах. Особенно стараются в лифтах. Вот и здесь кто-то справил малую нужду. Я уж не говорю про оплавленные кнопки, нацарапанные и нарисованные на стенках неприличные слова и схематично изображенные гениталии. Бог знает, как мыслит человек, для которого написать на стене название половых органов – осуществленная мечта.

– Надо было пешком подниматься. – Ника уткнулась в свой воротник и страдальчески сморщилась. – Вот же ж сволочь!

– Надо было…

Петька дышит ртом, а мне и вовсе худо. Но риелторы все-таки люди, более-менее привычные к подобным «прелестям» быта. Правда, к некоторым вещам привыкнуть невозможно. Вот скажите на милость, с чего вдруг какое-то чмо опорожнило мочевой пузырь в лифте? До квартиры не добежало? Или просто с улицы зашло, захотев уютно пристроиться в тепле из-за зимнего мороза?

Не знаю, что побуждает людей на свинство, но как-то раз я застала в нашем подъезде тетку, которая совершила подобный грех и уже деловито поправляла одежды, собираясь уйти, оставив результаты содеянного на всеобщее обозрение. Вообще-то у нас подъезд закрывается на кодовый замок, но она, видимо, юркнула за кем-то из соседей и решила, что вполне уместно пометить территорию.

Я тогда подняла крик, на который сразу подтянулась баба Рая с первого этажа. Ее кодовая кличка Кастрюля, такая она шумная – как кастрюля, падающая на пол среди ночи. Баба Рая быстро сообразила, что произошло, и дело закончилось тем, что тетка вытирала лужу собственным свитером, глотая злые слезы под дружные насмешки всех, кто на тот момент оказался дома. Думаю, тот случай надежно отучил мерзавку гадить в чужих подъездах.