Моя по договору

 — Забегу пока в продуктовый, а потом прогуляюсь. Погода сегодня расчудесная.

Выгрузив коляску, осторожно уложила сына, так как моего малыша, по всей видимости, укачало, и он заснул. Преодолев примерно половину расстояния до пункта назначения, вспомнила, что забыла сумку с детскими принадлежностями в машине. Обреченно вздохнув, остановилась на месте и взглянула в небо.

— Да за что ты так со мной!? — выдохнула я и, развернув коляску, направилась к своему автомобилю, но добраться не успела, так как меня чуть не сбил знакомый внедорожник.

Я стояла посреди дороги ни жива ни мертва, так как автомобиль затормозил в полуметре от меня. Еще бы немного, и страшно представить, что могло произойти. Но впереди меня ожидало еще одно потрясение. Тот, кого я меньше всего ожидала увидеть, быстрым шагом спешил ко мне.

— Женщина, вам жить надоело? — холодно произнес мужчина, уткнувшись в телефон. — Вы в порядке?

Он мельком взглянул на меня, подходя ближе, после чего снова уставился в свой мобильный. Но всего лишь на мгновение. Словно в замедленной киносъемке мужчина медленно поднимал глаза, которые за последний год стали еще сильнее напоминать льдинки, все выше и выше, пока не встретился с моими. Его лицо не выражало ни единой эмоции, лишь изогнутая бровь выдавала искреннее удивление.

Артём был одет с иголочки. До блеска начищенные ботинки прекрасно сочетались с элегантным костюмом-двойкой темного цвета, а белоснежная рубашка, идеально выглаженная, прекрасно дополняла строгий образ моего бывшего мужа. Если бы не были знакомы, и я не испытывала к нему то, что каждый день убивало меня изнутри, то с радостью могла бы принять ухаживания такого мужчины. Красивый, брутальный, умный. Идеальный. Я резко одернула себя от подобных мыслей. Мы причинили друг другу столько боли год назад, странно, что в моей голове вообще промелькнуло такое.

— Здравствуй, Артем! Со мной все в порядке. Извини, мне пора, — я развернула коляску, намереваясь перейти дорогу, но как назло, загорелся красный. Я мысленно твердила себе, что не должна ничего чувствовать после того, что было между нами, после его слов, убивающих все хорошее, что только можно испытывать к человеку. Но сердце раз за разом пропускало удары, а пульс уже зашкаливал до отметки ""критично"".

Ощущение, что я стояла на обочине дороги обнаженная, меня никак не покидало. Данилов не двигался с места, я ощущала боковым зрением, как его ледяной взгляд прожигал во мне дыру. Почва из-под ног медленно уходила, а дышать становилось практически невозможно. Мысленно ругая себя за желание увидеть его снова, я все же обернулась. Мы находились на расстоянии трех метров, но я заметила, как желваки на его скулах танцевали в бешеном ритме.