Моя поневоле

И снова вижу падающего как в замедленной съемке Далхана. Сколько пуль выпустил в него Волков? Три? Четыре? Достаточно одной, чтобы оборвать жизнь. Надо принять тот факт, что его больше нет. Но я-то живу и всё ещё могу бороться. Я должна помочь Гале выбраться. А потом убить Волкова. Тогда, наверное, я обрету покой. На этом свете или на том, мне уже не важно.

– Ты должна выбраться отсюда. Я постараюсь убедить его, чтобы он отпустил тебя, – слова даются мне с трудом, чувствую сильнейшую слабость.

– Ты скажешь, кто это такой? – не унимается Галя.

Что на это ответить? Старый поклонник? Личный сталкер? Поехавший на всю голову псих… Тот, кто убил мужчину, которого я полюбила больше жизни.

И даже не успела толком осознать эту любовь. Может быть, если бы поняла раньше. Если бы не была такой гордой. Сейчас мне не кажется, что сказать о своих чувствах, умолять Далхана о том, чтобы не выгонял меня, было бы унизительно. Мы могли никуда не ехать, плюнуть на аэропорт, остаться в деревне, где нас бы точно никто не тронул. Но что толку сейчас проигрывать сценарии. Все уже случилось. Все безнадежно.

– Давай об этом потом, ладно? Я смертельно устала.

– Конечно, это твой поклонник. Называет тебя любимая, дорогая, пожирает тебя взглядами, но явно псих. Он явно помешан на тебе. Надо что-то придумать к этому ужину, – продолжает рассуждать Галя.

– Я не хочу его злить.

– Хочешь переспать с ним? Я же видела, как ты на него смотришь! Он на тебя наводит ужас!

– Что ты хочешь от меня услышать? – сажусь на край огромной, королевских размеров постели, прикрываю, ставшие нестерпимо тяжелыми, веки.

– Прости меня, подружка, что давлю, но сейчас не время проявлять слабость. Спасибо, что думаешь прежде всего обо мне, но сейчас надо прежде о себе побеспокоиться! Черт, он вроде и симпатичный на лицо… Но в то же время такой мерзкий. Явно свихнувшийся, на всю голову, – говорит Галина.

– Хватит, – прошу умоляюще. – У меня нет сил больше говорить о нем.

– Ладно, прости меня, детка. Давай я правда, тебе ванну приготовлю? Полегчает, а потом поспишь немного. Ты такая бледная, кажется, что вот-вот в обморок грохнешься.

– Не собираюсь я мыться по его приказу, – произношу с мукой в голосе."

"– Ох, понимаю милая. Но как этому козлу сопротивляться? Заставит ведь, он же больной на всю голову. Бежать надо отсюда.

– Я бы с удовольствием, только как? Еле на ногах стою.

– Так, значит задача номер один – прийти в себя. Давай скажем чтобы принесли покушать?

– Нет, я сейчас точно не смогу в себя ничего запихнуть, – мотаю головой.

– А через силу? Запихнуть в себя столько, чтобы аж тошнило? Чтобы прямо вырвало на него. А что, идея. Знаю, прости, что говорю все эти мерзости, – торопливо оправдывается Галя, глядя на мое скривившееся лицо.