Моя пылкая любовница

Рейф понял, что, используя мою родословную и свои деньги, он сможет добиться титула, которого иначе никогда не получил бы. Для него ни я, ни ребенок не имеем никакого значения, поскольку того, чего он хотел, он уже добился — пэрства и места в палате лордов.

— Привилегии, которых эта дворняжка не заслуживает! — Мидлтон громко выругался. — Принц-регент всего лишь алчный болван, он марает нашу нацию, приглашая дурно воспитанный сброд вроде Пендрагона пополнить ряды истинных пэров.

— Так что вы теперь понимаете, что у него нет стимула меня спасать. Если вы человек мудрый, то, что называется, спишете убытки и отпустите меня. А я, в свою очередь, пообещаю вам молчать об этом… происшествии.

— Да что вы? — Он грубо расхохотался, а в голосе его слышался сарказм. — Как мило с вашей стороны, миледи!

Но, видите ли, у меня есть определенный интерес, и я буду удерживать вас и дальше. В настоящее время якрайне нуждаюсь в деньгах. Если не заплатит Пендрагон, то заплатит ваша семья.

— Мои родные поймают вас и убьют! — охваченная внезапным гневом, взорвалась Джулианна.

— Значит, им придется встать для этого в очередь. — Его опущенные руки сжались в кулаки. — Как раз перед тем, как покинуть Лондон, я узнал, что власти разыскивают меня для допроса. Мой проклятый бывший тесть раздобыл кое-какие документы, обвиняющие меня в смерти моей жены. Если он добьется своего, будет суд. Меня обвинят в убийстве.

Он заметался по комнате."

"— Конечно, никто не поверит в пьяные откровения моего приятеля Херста в его дневнике. Но там достаточно грязи, чтобы осложнить мне жизнь. Как они только смеют думать, что меня можно посадить в тюрьму, унизить перед людьми?! Как они только смеют — все они! — допрашивать человека моего положения?!

Он ударил себя кулаком в грудь в настоящем гневе и прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. Когда он их снова открыл, взгляд его опять был безмятежным.

— Впрочем, несмотря на ваши сомнения, я уверен, что Пендрагон появится, — продолжал виконт. — Сегодня, в крайнем случае, завтра. Нравится вам это или нет, но вы его жена, а этот щенок, что растет в вашей утробе, — его семя. Он приедет, пусть по одной-единственной причине — из гордости.

— Слава Богу, моя сестра поняла, что вы собой представляете, до того, как стало бы поздно, — сказала Джулианна.

Лицо его сделалось злобным.

— А вот это еще одно, что меня сильно интересует. Почему ваша невинная сестрица вдруг так резко отвернулась от меня накануне помолвки? Она должна была стать моей, знаете ли. Да она уже почти была моей, пока кто-то не нашептал про меня гадостей в ее нежные маленькие ушки. Это вы? Вы предостерегли ее? Или Пендрагон рассказал вам некую печальную историю?

Он придвинулся ближе.

— Вижу по вашему лицу, что это он.