Моя пылкая любовница

Ей казалось, что все ее тело охвачено огнем, что ее погрузили в жидкое пламя. Она ощущала Рейфа везде — и внутри, и вокруг. Его желания вдруг стали ее желаниями, словно между ними установилась не только телесная связь.

Он поцеловал ее в шею и в щеки, а потом мощно заработал бедрами, вонзаясь в нее то грубо, то нежно. Глубоко, а потом чуть-чуть.

Закрыв глаза, она позволила ему брать себя, наслаждаясь пронзающими ее ощущениями, чувствуя, как от этого фейерверка чувств кружится голова. Но ее тело решило все по-своему, и, еще не осознавая этого, Джулианна начала двигаться Рейфу навстречу, опускаясь, когда он поднимался.

Он застонал и еще сильнее заработал бедрами, заставляя ее вскрикивать при каждом страстном толчке. Джулианна впивалась ногтями в подлокотники кресла, намертво сжав пальцы на резном дереве. Задыхаясь, хватая ртом воздух, она не знала, сколько еще сможет выдержать. От избытка наслаждения голова кружилась.

И, словно ощутив, как близка она к краю, Рейф снова поцеловал ее в шею, потом коленями еще шире раздвинул ей ноги. Одним мощным толчком он вонзился невероятно глубоко — так глубоко, что ее внутренние мышцы мгновенно начали сжиматься вокруг его твердого жаркого естества.

И Джулианна окончательно пропала. Ее захлестнуло невыразимым блаженством — сильным, шокирующим, похожим на грозную бурю. Откуда-то издалека Джулианна слышала свой собственный крик, конечности у нее дрожали, все тело сотрясалось в невообразимом восторге.

Рейф приподнял Джулианну так, что она спиной сноваприжалась к его груди, опустил руки вниз, сжав еебедра, и начал вонзаться в нее в безудержном ритме, все снова и снова, и сила его толчков вновь распалила ее желание.

Рейф коротко вскрикнул, опередив Джулианну буквально на несколько секунд. Выдохшиеся, они, дрожа, обмякли на кресле, переплетясь ногами.

Чуть позже он повернул голову и нашел ее губы, целуя медленно, сладко и сонно.

— Пойдем в постель, — пробормотал он. Джулианна кивнула, но никто из них не шелохнулся.

Немного поерзав, она свернулась в клубок у него на коленях, положив руку Рейфу на грудь. Кожа его была влажной от пота.

— Ну, а теперь скажи, — пробормотала Джулианна, — какой цвет самый любимый у тебя?

Глаза его расширились, губы растянулись в улыбке. Откинув назад голову, Рейф громко расхохотался.

Глава 8

Джулианна сделала глоток пунша, наморщила нос и отставила бокал. Отвратительно, подумала она, жалея, что нет ничего, чем можно запить чересчур сладкое послевкусие. Но увы, это жалкое подобие напитка было лучшим, что могли предложить в «Олмаке». Точнее, предлагали, потому что у патронесс — главных управительниц светского общества — вполне хватало средств на куда более изысканные напитки. Им стоило только захотеть.