Молчание пирамид

На сутки…

— Нет, ты покажи! Живу и удивляюсь. До чего тонко все в этом мире…

Самохин достал билет, таксист выхватил его из рук.

— Все точно! Тот самый рейс. И фамилию Самохин называли… Это надо же! Можно сказать, на моих глазах произошло чудо!

— Да что случилось?

— Сам подумай! Вчера твой самолет взорвали террористы. Через сорок минут после взлета, на высоте семь тысяч метров. А ты жив и здоров!

Таксист как-то облегченно встряхнулся и перевел дух, будто это ему повезло, завел двигатель и вырулил на дорогу.

— В рубашке родился! — Он включил приемник. — Под землю не провалился, в самолете не взорвался — счастливчик… Да вот сам послушай, через каждые полчаса передают. Ты пока еще значишься в списках… Но ты уже воскрес…

Самохин вспомнил себя-младенца и непроизвольно дотронулся до внутреннего кармана куртки, где лежала свернутая в несколько раз, пеленка…

— Ну что сидишь, как этот? — водителя распирало от восторженного нетерпения. — Радоваться надо!.. Слушай, а ты почему опоздал-то? Скажи честно, почуял, нельзя лететь на этом самолете? Или как?.. Ну, что молчишь?

— Да так. — Самохин отвернулся. — Думаю…

— Тут есть над чем подумать, — согласился он. — Вот смотрю на тебя… Сюда вез одного человека, а теперь другого.

— Почему?"

"— Что-то в тебе изменилось… Вернулся какой-то счастливый. Да оно и понятно… Эх, отчего же мне-то все время не везет? Только встану на ноги — бах по морде. С одной стороны, с другой… Не знаешь, откуда ждать… Я бы в этот самолет обязательно попал, не опоздал бы…

Самохин посмотрел на потускневшего таксиста и промолчал.

Он всегда считал себя невезучим человеком и уже давно смирился с тем, что за каждым мало-мальским успехом обязательно последует неудача. Еще в ранней юности, когда отца наконец-то перевели с края света в Североморск и назначили начальником военного аэродрома, счастье продлилось всего несколько месяцев. Отец нелепо погиб под колесами тягача на самолетной стоянке, и мать уехала с севера в подмосковную Балашиху. Зато потом Самохин, как сын погибшего офицера, получил право поступления вне всякого конкурса в любое военное училище, однако медкомиссия вынесла приговор, согласно которому мечтать дозволялось обо всем, кроме авиации и флота.

Уже тогда начинались проблемы с желудком, отрыгнулась скудная на витамины жизнь в тундре, и вместо Ленинградского военно-морского он поступил в Московский военный институт. Однако потом редкостно повезло с распределением: назначили помощником военного атташе в Англии, в стране НАТО, после работы в которой открывались хорошие перспективы.