Monster in me (СИ)

— Если мне отец не верит, то глупо надеяться, что ты поверишь, — горько усмехается Юнги.

— Только не надо изображать невинность, — зло шипит Джин. — Ты своего добился. Залез к нему в постель, получил метку, вот только ты не учел, что нахуй ты ему не нужен. А единственный человек, который все еще верил твоей лжи, наконец-то прозрел. А теперь будешь сидеть у разбитого корытца, — Джин подходит ближе и останавливается напротив.

— О чем ты говоришь… Ты ведь ничего не знаешь, — Юнги отвлекается на дверь, в которую входит Ши Хек. — Папа, ты-то мне веришь? — уже в истерике кричит Мин.

— Я бы сказал: не кричи и не позорься, но уже и так поздно, — перебивает его Джин.

— Лучше бы ты… — Ши Хек делает паузу. — Твой отец перенес приступ! Что с ним теперь будет?

— “Лучше бы” я что? Умер? Ты это хотел сказать? — Юнги сам не верит в то, что говорит, но Ши Хек молчит, только подтверждая его опасения.

— Пошли отсюда, — Джин обращается к Ши Хеку. — Я не намерен больше слушать эту шлюху.

Юнги не выдерживает. Бьет прямо в челюсть брата и со всей силы. Юнги видит, как входит отец, но он уже не может остановиться. Вся накопившаяся внутри за последний час обида поднимается и требует выхода, грозясь иначе разорвать Юнги на части.

Он замахивается для второго удара, когда его перехватывают поперек груди. В следующую секунду Мин оказывается прижат спиной к груди Намджуна, но продолжает махать кулаками, брыкаться и материться. Намджун заходит в комнату за Чжуном и все, что успевает увидеть альфа, это то, как Юнги бьет по лицу брата, который на повторе обзывает его шлюхой.

— Ты же видел. Ты все видел, — причитает Ши Хек, глотая слезы. — Он ударил брата. Чжун, где я ошибся? Я ведь воспитывал его, как и Джина, что нам теперь делать?

— Он первый начал, — кричит Юнги и снова дергается в руках Намджуна.

— Может, хватит? Ты пробыл тут ровно час, а уже второй скандал! Прекрати так безобразно вести себя! — зло говорит ему Чжун.

— Отец, почему ты мне не веришь? Почему вы все мне не верите? — омега обмякает в руках Намджуна, сам прислоняется к нему, не в силах больше держаться на ногах.

Намджун молча берет его под локоть и ведет в зал, миновав который, они идут к выходу. И плевать, что их все фотографируют, что Кисум так и застывает с бокалом в руке, провожая своего альфу с другим омегой.

Чонгука Техен за дверь не выпускает. Обещает все потом ему объяснить.

У Джина окровавленная губа, Ши Хек сидит перед ним на коленях и плачет. Чжун просит у охраны льда и опускается на кресло.

Чжуну плохо. Ему не хватает воздуха. Он посылает Ли проследить за приемом, и тот, вернувшись, докладывает, что все нормально, и гости возвращаются к празднованию. Чжун просит вывести его семью через черный вход, а сам решает попрощаться с гостями и догнать их позже.