Мор

– Да, – задумчиво она осмотрела себя в отражении окна. – Мне и вправду очень идёт.

С этими словами она сгребла всю оставшуюся одежду в охапку и вышвырнула с террасы вниз. Платья и брендовые шмотки, которые стоили дороже, чем мы успели потратить за всю свою жизнь, порхая, как бабочки, полетели по улицам столицы. Вслед за одеждой вниз полетела и обувь, а довольная Лена скрылась в квартире с загадочным лицом.

Появилась она спустя час. Расфуфыренная до неприличия. Но красивая, яркая и эффектная. Я даже челюсть открыл, засмотрелся.

– Моя девочка, – с довольной рожей произнёс Саня.

– Ну как я вам? – уже зная ответ заранее, всё же спросила она.

– С пивком потянет, – усмехнулся я, продолжая насаживать мясо на шампура.

– Ну, от тебя я ничего другого и не ожидала, – отмахнулась Лена. – А Саня меня всякую любит. Любишь ведь?!

– Д… да, – даже заикнулся от неожиданности тот.

– Во-о-от, – важно кивнула она. – Налей вина, поухаживай за мной. А то кроме как в челюсть, я от тебя больше ничего не получала.

Саня коротко кивнул и налил ей вина в стакан из-под сока. Лена снисходительно улыбнулась и приняла из его рук бутылку.

– Спасибо, – сказала она и сделала несколько больших глотков.

– С утра подыхать будешь, – с сочувствием сказал я. – Мешать вредно.

– Я и так с утра подохну, – отмахнулась она. – А на сегодня у меня большие планы.

* * *– Вот ты, Кузов, кто ты вообще есть? – еле ворочая языком, продолжала нести пьяную чушь Лена.

Мясо она всё-таки дождалась. Но примерно через час очередная её мечта сбылась. Перегнувшись через перила, она вывалила содержимое желудка на мостовую. Получилось, в общем, весело. Когда она закончила исполнять «Арию Харчевского. Часть третью. „Рыгалет“», первые капли только долетели до земли.

Потом мы потрошили бар мажора и перемешали всё, что только можно. Названия некоторых напитков оттуда я даже слышал впервые. Ну а затем всё, как и положено, перешло в пьяный базар. Саня сдулся и мирно посапывал на полу, а мы с Леной втирали друг другу за жизнь.

– Я?! – не понимая вопроса, я уставился на неё. – Да я живу ровно. Я правильный пацан, у кого хочешь спроси. Ты знаешь, сколько у меня друзей?

– Нет, Серёж, ты неудачник, – через икоту доказывала мне Лена. – И Саня, он тоже неудачник.

– А ты-то кто? – абсолютно спокойно я воспринял её слова, просто потому, что не считал себя таковым.

– И я неудачница, – засмеялась она. – Мы все здесь такие. А вот они, все те, кто это имел, сдохли! – она прыснула от смеха. – Представляешь? Сдохли! А мы тут сидим. Мы, неудачники, тут, а они сдохли, – кажется, Лена утратила нить разговора, или в голову к ней попали другие мысли – она внезапно затихла, а потом заплакала.

– Эй, ну ты что? – толкнул я её в коленку. – Не реви.

– Да это всё они виноваты! – закричала она.