Нежеланная жена

У него нелепо милая пухлая попка, которую я в шутку называю целлюлитной, но при его отце молчу, пропустив наш с Амирчиком ритуал массажных разговорчиков. Наношу немного масла и поглаживаю его, начиная со спинки. Малыш поворачивает голову на бок и довольно жмурится.

— Ему нравится! — удивленно говорит Мурад.

— Конечно, нравится. По сути, это просто поглаживания. Никакой силы. Он же не взрослый, чтобы я его мяла, — объясняю неохотно.

Продолжаю свое дело, спускаясь к ручкам и ножкам, а потом поворачиваю его на спинку, чтобы заняться передней частью.

— Тебе явно пора на диету, — глядя на круглый животик сына, замечает мужчина.

— Педиатр так же говорит, — хмурюсь я. — У нас перевес.

— Это плохо? — хмурится он.

— Слишком большая нагрузка, Амир менее подвижен из— за этого. Я сократила объем смеси, но он с трудом привыкает. Ничего опасного, не волнуйся. Среди детей это частое явление, особенно если есть еще и прикорм.

Мурад кивает и продолжает внимательно смотреть, как я вожу руками по пухлым ножкам пельмеша. Тот улыбается, глядя на отца и протягивает ему ручку, которую Мурад берет в свою огромную, в сравнении с детской, ладонь, ласково поглаживая большим пальцем. У меня щемит в груди, когда я вижу эту картину, потому что Амир хоть и имеет отца, но живет как полный сирота, и это пока он этого не замечает, но что будет, когда малыш станет старше?

Глава 10

— Завтра я собираюсь поговорить с твоим отцом, — заявляет мне Мурад спустя пару дней. — В конце недели мне нужно ехать обратно в Москву, поэтому нет смысла тянуть дольше.

У меня в груди все холодеет от страха.

— О чем ты собираешься с ним говорить? — спрашиваю, затаив дыхание.

Моя рука с тарелкой, зажатой в ней, замирает в воздухе и он выразительно смотрит на нее, намекая, что ждет свой ужин. Я спохватываюсь и ставлю перед ним тарелку, присаживаясь напротив. Тетя не стала к нам присоединяться, а Амир спит, так что на кухне мы с его папой вдвоем.

— Хочу понять, как с ним можно договориться. Если он будет настроен враждебно, то просто сообщу, что мы женимся в субботу. Все— таки, даже если брак фиктивный, я не могу заключить его без согласия опекуна, да и проблем он нам все равно доставит, если почувствует себя оскорбленным.

— То есть ты согласен? — не могу поверить в свою удачу.

— Согласен, — безо всякого выражения говорит Мурад.

— Но папе может показаться странным, что мы, вдруг, решили тихо пожениться как раз тогда, когда он решил забрать меня домой, — размышляю я вслух, пытаясь придумать, как бы лучше это преподнести отцу.

— Не покажется, потому что я овдовел всего три месяца назад и с моей стороны жениться тихо — самый оптимальный вариант. Иначе, люди просто не поймут, — возражает Мурад.

Да, тут он прав.