Морской Волк #07-09 - Врата Победы

«Теннеси» избит сильнее, чем в Перл-Харборе, большие потери в экипаже – и очень может быть, корабль и восстанавливать не станут, дешевле обойдется списать в лом. И этот чертов «Балтимор», которым Олдендорф оправдывает свое бездействие – ползет со скоростью десять узлов, медленнее, чем транспорта, как гиря на ногах уже всей эскадры, а ведь в сражении у конвоя не сделал ни одного выстрела, и куда лучше было бы, прикажи Олдендорф его затопить, сняв команду, еще там, после боя с итальяшками, и идти к нам на выручку полным ходом!

Теперь еще и «Интрепид», удирая от французов, растерял свой эскорт и был атакован субмариной! И ему на помощь пришлось послать последние боеспособные эсминцы.

Что критично: «берсерк» отползает в свое логово, виден еще на радаре, к юго-востоку, и можно было бы его догнать, добить, и его самого привезти в Норфолк в кандалах – жалко, что не в железной клетке, как когда-то поклялся перед боем сделать со своим врагом какой-то европейский адмирал[7]. Но если немцы развернули здесь завесу подлодок, то запросто можно и «Нью-Джерси» погубить! Олдендорф передает, что на «Саут-Дакоте» заканчивается боезапас – и что тогда будет, если вернутся французы и «Шарнгорст»? Положим, немцы тоже должны растратить снаряды, но «Страсбург» почти не стрелял, у него должны быть полные погреба!

И если я прав, то сейчас мы пойдем сквозь строй подлодок.

И нам потребуются все силы, чтобы отбивать их атаки. И пройти надо быстро, уже началась темнота, а с рассветом конвой должен быть разгружен. Только что передали – «Интрепид» затонул. У меня осталось всего пять малых, эскортных авианосцев с ополовиненными авигруппами, причем «хеллкеты» погибли все, на «Интрепиде», «Монтерее», «Сэнгамоне» – а «уайлдкеты» немецким истребителям не противники. С рассветом на нас навалится вся немецкая авиация, сколько ее осталось. А самолеты у них лучше японских – впрочем, тут и японцы есть, радисты слышали переговоры по-японски во время воздушного боя, и на немецкой частоте! Японские морские летчики на немецких самолетах – большей угрозы и представить трудно! Только что мы шли, уверенные в своей победе. Теперь, если мы допустим еще одну оплошность, нас перетопят всех.

Я отвечаю перед президентом и Америкой за те десятки тысяч американских парней, которые я должен в безопасности доставить в Лиссабон. Потому сожалею, но приказа преследовать Тиле не будет. Пусть пока живет, мерзавец, виселица ему будет гарантирована.

До Лиссабона осталось всего шестьдесят миль. Или целых шестьдесят – в зависимости, что у нас на пути.

И боюсь, что «Нью-Джерси» уже не повезет нашего президента на встречу с русскими. По возвращении – если вернемся! – то встанем на ремонт.