Может быть, он?

— А ты слюни подотри и иди работать, — был тут же выставлен он из кабинета отцом. — Работать, а не порнушку смотреть, Кирилл.

— Сергей Сергеич, — обернулся тот в дверях с обиженным лицом, — я не…

Отец посмотрел, как медуза горгона. И коммерческий сразу не окаменел лишь потому, что поспешно закрыл дверь.

— Я сейчас, — оставив отца в недоумении, вышел вслед за ним Мирослав.

Он мог бы пойти в туалет, сделать вид, что ему что-то надо в другом конце коридора, сделать что угодно, но он пошёл к лифту, где эти оба, финансовый и коммерческий, встретились. В кабине лифта ткнули каждый в свой этаж. Мир встал к стенке, позади.

— Я бы ей вдул, — сказал коммерческий.

Финансовый сделал едва заметное предупреждающее движение головой в сторону Мира. Лысый, с гладко выбритым черепом и бородой, Валентин производил впечатление серьёзного человека."

"— Личные отношения запрещены, ты же знаешь, — сказал он.

— Так она у нас ещё не работает, — соединил перед собой руки Кирилл, прикрыв пах, как футболист в «стенке», когда пробивают штрафной.

— Так её и не возьмут, если вдуешь. И упаси её бог соврать на собеседовании, а там обязательно об этом спросят, — равнодушно ответил финансовый. Но потом кожа на его затылке сдвинулась, словно до него дошло, и он удивлённо приподнял вверх брови. — М-м-м, так ты затем и…

— Угу, — ответил шутник и, если собирался пояснить, то всё равно бы не успел.

Тишину взорвала телефонная трель.

— Подожди, отвечу жене, — сказал он, доставая из кармана телефон, и финансовый, который хотел что-то спросить, осёкся. — Да, дорогая… Ну не плачь, он же ещё маленький, он не специально…

С этими словами он вышел. Финансовый вышел на следующем этаже.

А Мир доехал до первого, и снова поднялся к отцу, на самый верх офисного здания.

Отец стоял лицом к окну, когда Мирослав вернулся. На улице поливал дождь.

— У вас что при приёме на работу спрашивают про отношения с другими сотрудниками? — поинтересовался Мир.

— Служебные романы категорически не приветствуются, а бывшие шуры-муры особенно осложняют работу, — повернулся отец. — На этот счёт есть правила и за их нарушение увольняют. Никаких сеновальных отношений.

— И давно? Не приветствуются? — усмехнулся Мир, склонившись над столом. Он намекал на давнюю историю, когда отец так сильно увлёкся своей сотрудницей, что Мир до сих пор не знал — роковая влюблённость отца стала причиной развода с мамой, или всё же смерть брата.

— Давно. Вот с тех самых пор, — бесстрастно ответил отец, оценив намёк. — А ещё после иска за домогательство и суда, который мы проиграли. Поэтому никаких исключений.

— И ты думаешь, после такого дебюта девушка рискнёт прийти сюда работать? — кивнул Мир на экран, пока рылся в верхнем ящике стола.

— Уверен.