Ни слова, господин министр! (СИ)

Отнеслась ко мне как равной ему… Конрады всегда защищали своих матерей, напомнил въедливый внутренний голос

Ожидала ли она повторного нападения или, напротив, полностью его исключала и отдала кинжал, только чтобы сохранить мне рассудок? Этого я уже не узнаю. Как и ее подруга Берта, королева забрала секреты в могилу.

Отражение в зеркале стало мутнеть. Омывальню заволакивало влажным паром. Родерик, наверное, насмотрелся фокусов в разных халифатах, и, если посетитель не принимал ванну, то через несколько минут оказывался в бане. Вот для чего эти каменные лежанки слева и справа.

Скользя по влажным плитам пола, я все-таки забралась в чашу. Сверху хлынули чуть теплые струи, смывая выступивший пот и непрошеные мысли. Родерик, определенно, оценил бы меня обнаженную и в портупее. Он даже не потребовал бы снимать кинжал.

Князь так привык находиться под ударом, что постоянное дыхание смерти принимал за настоящую жизнь. Интересно, догадывались ли темные маги, что прятали под сердцем их избранницы?

Раздался грохот, услышать который вода нисколечко не помешала. В спальне Родерика что-то ухнуло на пол.

Глава 54

Я оказалась в комнате князя меньше чем через минуту.

Накинула сорочку прямо на мокрое тело, не успев ни завязать где нужно, ни пригладить магией.

В тот момент я об этом не думала. Но когда под мои очи предстал первый министр, едва державшийся на ногах, я сразу почувствовала себя нагой.

Мужчина только что с трудом поднялся и теперь удерживал это положение потому, что упирался одной рукой в стену, а другой вцепился в спинку кровати. Не надо быть лекарем, чтобы заметить, что он не в порядке. Похоже, что это не выброс, не истощение, а обратный процесс — когда маг отдает энергию в такой высокой концентрации, что отдача заполняет все тело.

"

"Родерик почернел, губы побелели, на руках вздулись вены. Он напомнил ожившую иллюстрацию из детских страшилок о темных магах. Подавила в себе восклицание. Если я права, то его нельзя ни в коем случае будоражить. Ни громких звуков, ни возбуждающих порывов.

Это я удачно к нему выскочила. По ногам стекала вода. Родерик остекленевшим взглядом рассматривал мою фигуру. Прилипшая льняная ткань не скрывала ни грудь, ни все остальное.

Я сделала шаг назад.

Он сильнее сжал резной выступ на спинке, и перекладина переломилась. Маг в состоянии буйной агрессии и хорошо, если отдает себе отчет, кто он и что делал несколько часов назад. Что делать? Сражаться с ним, разбудить детей… Просто хуже и не придумать.

— Нахаленка, стой. Не смей поворачиваться ко мне задом. Лучше иди сюда. И быстрее. Если будешь продолжать так маячить, то я тебя поцелую, — голос стал слишком низким и слишком хриплым. Родерик почти рычал, но при этом все равно оставался собой.