Ни слова, господин министр! (СИ)
Первый министр заключил пари, что в течение двух недель уложит в постель главную затворницу королевства. Какой скандал! Я тоже считаю, что это возмутительно… Ведь знаменитая затворница это и есть я. Все осложняется тем, что министр, он же брат короля, везет дочь учиться в мой пансион для магически одаренных девиц. У нее сильный дар и такая же спесь. О спокойствии в нашем маленьком городке придется забыть. Великий князь не отходит от меня и с подозрением посматривает на моего сына… Ни слова, господин министр! Осторожно! В книге присутствуют сцены насилия.
Ребенок не заменил бы своего отца, но с ним я нашла бы смысл продолжать.
Клавдия заметила во мне сомнения:
— Завтра в академии выпускной бал. Разве это не подходящий предлог, чтобы хотя бы намекнуть? Ну, и отдать ему зерно, которое ты прячешь. Оно не причинит никому беды и более чем убедительно подкрепит твои слова. В конце концов ты чуть не погибла, добывая его.
— Зачем это вам? Вы на много лет вперед распланировали, что делать обоим сыновьям.
Клавдия уже махнула мне головой, указывая, что аудиенция, о которой я не просила, окончена. Тем не менее, она ответила:
— Ты, как украденное тобой семя, источник неопределенности, девочка.
Я вылетела из княжеских покоев. Все должно было решиться этой ночью. Но что же теперь?
Глава 94
Оливия Бланш, 18 летТапочки на мягкой подошве и с меховыми помпонами, — Родерик любил милые нелепые подарки, — мягко ступали по стылому полу. На всякий случай, я еще завернулась в заклятие невидимости.
Коридор совершал поворот и заканчивался дверью в спальню Его Высочества.
Последняя ночь, когда мы с Родериком под одной крышей. Потом я покину академию боевиков и вернусь домой, а он отправится в Тахию. У них там новый виток переговоров.
Времени не осталось. Семечко через несколько дней усохнет. Это мой единственный шанс переспать с лучшим другом; я и так тянула непозволительно долго. Все время чего-то ждала.
Наверное, знака. Вдруг бы князь схватил меня за руку и признался, что свет без меня не мил… На самом деле ведь так и есть. Просто он привык видеть во мне ребенка и сейчас боится признать, что избалованное дитя выросло.
Но тогда возникал другой вопрос: куда я собралась бежать? Как ни крути, в глубине души уверена, что он и так мой.
Эх, для надежности надо было все придумать иначе. Сначала признаваться в чувствах, а право на забвение оставить про запас. Нет, я себя знаю. Окажись он ко мне равнодушен, то я бы не стала его заставлять. Даже если он никогда не догадался бы, что именно я провернула."
"От такого количества предположений голова разболелась не на шутку.
Я прижалась лбом к мощной дубовой двери. Попробовала включить дополнительный слух. Что он там… Неужели моется. Воды лилось столько, будто в ванне громыхал водопад. Это же подходящий момент. Снять его личные чары с замка мне ничего не стоило.

















