Ни слова, господин министр! (СИ)

И секретарь около минуты молча хватала ртом воздух, когда меня внесли в собственный кабинет с окровавленным лицом.

Напротив письменного стола стояла кушетка для особо впечатлительных родителей — да, успехи и не успехи любимых чад, случалось, сбивали с ног… На ней сейчас и возлежала я, прикрыв рот ладошкой. Нижняя челюсть тряслась, и я, как могла, прятала от князя это жалкое зрелище.

— Оливия! — теперь уже гаркнул он. Да так, что мне захотелось вытянуться по стойке смирно, по возможности, не меняя лежачей позы. — Я боюсь продолжать вливать в тебя силы. У меня же огонь крепче других потоков. Да еще просыпается разрушающая линия. Тебе, положим, ничего не будет, но у вас пересохнет пруд или перемрут все птицы в округе. Постарайся вернуться к равновесию. Хотя бы настройся, а я поддержу.

— Тебе легко говорить. У меня сначала одну ученицу чуть не довела до самоубийства другая. Моя любимица, на минуточку. А потом пострадавшая, дождавшись исключения обидчицы, решила, что ей нужны публичные извинения… А ведь ее полностью обелили, все об этом знали… В общем, угрожать своей притеснительнице она пришла с помощью этой штуки… И, более того, в запальчивости еще и ударила из нее. Артефакт запечатали в хранилище. Мэри тебя проводит. Все равно дознание проводить тебе, совместишь с министерской проверкой. Если Стефан через Гарри Глоссопа примется наседать, я так и скажу, дело взял под личный контроль первый министр.

В такие минуты я всегда боялась, что говорю путано и непонятно. И вместо того, чтобы замедлиться, немного растягивать предложения, как сделала бы та же Грета или Белинда, я увеличивала количество слов в минуту.

— Это все случилось через час после полудня. Где-то минут сорок мы наводили порядок, доставили стрелявшую в лазарет. Еще несколько часов опрашивали одноклассниц, которые находились в это время в жилой зоне. Все протоколы тебе тоже передадут.

— Благодарю за доверие, — он насмешливо склонил голову. — У вас не самая последняя система безопасности. Начнем с того, что разберемся, как оружие попало за периметр, не вызвав подозрений. Не хотел бы я, чтобы дочь училась в школе, куда можно пронести что угодно… И все-таки не заговаривай мне зубы, Лив. Даже, если ты неправильно оценила опасность удара, вставать под него нельзя было ни в коем случае.

Он массировал мне виски, чтобы отвлечь от непривычного и пугающего ощущения чужих потоков внутри. Я знала, что это Родерик и доверяла ему, однако какой же он сильный. Самый мощный из всех магов, что я встречала в жизни.

Нет, он не обжигал и уж тем более не испепелял, хотя от близости разрушающих чар дрожь во мне только усиливалась, переходя в какое-то неясное предвкушение.