Мумия блондинки

— Свидание с Грейс Хау? Это же чистая выдумка! У меня с ней не было никакого свидания!

—  Полагаю, вы также не писали ей заказных писем?

Локвуд смотрел на детектива широко раскрытыми глазами, изображая крайнюю степень удивления.

— Разумеется не писал!

—  Неужели?!

— Более того, я и не подозревал о существовании этой несчастной девушки до той злополучной среды, когда столкнулся с ней на ступеньках театра «Кембридж».

Я взглянула на лейтенанта. Меня интересовала его реакция на последнюю реплику актера. Промелькнула мысль: Трент ожидал с самого начала, что дело примет такой оборот.

—  Значит, такова ваша версия, мистер Локвуд? — негромко спросил он.— Это очень интересно.

— Интересно?

Дэвид Локвуд буквально подскочил.

—  Все газеты вопят о загадочном морском офицере, полиция подозревает меня в нанесении увечья, убийстве и черт знает в чем еще. А вы говорите «это интересно»! — Он плюхнулся в кресло.— Ну что ж, я получил урок. Никогда больше не стану проявлять сочувствие к людям, особенно к молодым девушкам.

Я так и не поняла, говорит он искренне или продолжает играть роль.

—  Я расскажу вам все, что знаю о Грейс Хау, и про то, что случилось со мной.

После этого вы сами убедитесь, мог ли я с таким заявлением пойти в полицию.

— Слушаю вас внимательно.

—  Все произошло потому, что мне очень хотелось увидеть Раулен в «Федре». А у нас ежедневно давали дневные спектакли, и я мог попасть в «Кембридж» только в те дни, когда шел «Детский праздник», закапчивающийся в девять вечера. В прошлую среду я решил непременно посмотреть хотя бы третий акт «Федры». Я не стал тратить время на переодевание — сорвал только эполеты, сбросил капитанскую фуражку — и побежал в «Кембридж».

Оказался я там как раз перед окончанием второго акта. В фойе никого не было. Вдруг я сообразил, что у меня нет пропуска. Раулен дала бы мне, конечно, контрамарку, но я не подумал об этом заблаговременно. Более того, карманы моего офицерского мундира были пусты. Тут, словно услышав мои мольбы, из театра вышла девушка в светло-серой шубке. Тоненькое, немного странное создание.

— Грейс Хау,— констатировал лейтенант.

— Да, но об этом я узнал позднее. Тогда она для меня ровно ничего не значила.

Видимо, подумал я, мой мундир ее удивил, потому что она остановилась и принялась разглядывать меня как некую диковинку. Я почувствовал себя немного неловко и решил объяснить, что я актер. Это ее страшно взволновало. Вы знаете, как девушки относятся к актерам. Порывшись в судочке, она достала листок бумаги и авторучку, потом объяснила, что коллекционирует автографы, и попросила меня подарить ей свой.

Я выполнил ее просьбу и, поскольку мне показалось, что она уходит из театра, попросил у нее билет.