Мусорщик

 — Он останется тут за старшего, а я с вами и освобожденными пленными вернусь к месту падения корабля… По количеству выживших, то полный десантный взвод и двадцать шесть членов экипажа. Тридцать семь погибло.

— Ясно, — протянул я и встал, пора было знакомится с лейтенантом и собираться в дальнее путешествие.

Перед отправкой я попрощался с парнями. Особенно с Айронсом и забравшись в салон, прошел к креслу пилота, что в скафе было не совсем удобно, маленький он был, я до сих пор с удивлением вспоминаю как мы тогда уместились когда летели в первый раз на потрахушки и как улепетывали от обстрела."

"Когда мы прилетели к месту падения, то застали там хорошо организованный и защищенный лагерь. Медмашина стояла в центре и около нее суетилось несколько фигурок в белых медицинских комбинезонах. Также «мертвых» естественно. Вокруг машины на носилках лежало огромное количество раненых. На моих глазах, когда я заходил на посадку, из машины вынесли одного пострадавшего, и заносили другого. Все прояснилось, когда я рассмотрел их. Стало понятно, что выжившие медики в лечебных капсулах снимали болевой шок у обгоревших до головешек людей, пока реаниматор был занят. Где-то среди раненых потерялся мой боец с ампутированной пулей рукой. Думаю, парня отодвинули в очереди далеко в сторону, занимаясь критичными случаями. А ампутированную конечность и отрастить можно… потом. В принципе медиков я понимал, сам бы так сделал. Так же выяснилось, что выжившие в четвертом модуле все-таки были, я не правильно понял майора. Когда берешь за обгоревшие огрызки горелого стонущего человека похожего на тлеющее полено и пытаешься его вынести, а обломки ломаются или что страшнее кожа при прикосновении сползает обнажая красное сочащееся сукровицей мясо, то понятно почему майор сомлел и решил сменить обстановку. В четвертом модуле благодаря защите и скафам выжило шестеро, остальные действительно сгорели, не дождались помощи, заживо испеклись в скафах, но эти шестеро самые тяжелые. Вот пятерых обгоревших попеременно и помещали в капсулы, чтобы они там пришли в себя пока восстанавливается кожный покров у шестого. Шанс у них был, если они не сойдут с ума, с остальными было легче. На корабле медотсек был уничтожен, так что уповать осатвалось на три наши капсулы. Только одно радовало, уцелел медсклад и с картриджами к капсулам, проблем не было.

В лагере я пробыл два часа входя в суть дел и вдруг обнаружил, что я тут особо и не нужен. Я не мог не вздохнуть спокойно и облегченно. Все решается без меня, компетентных офицеров хватало.