Муссон

Пророчество и Дорри? Откуда ты знаешь, отец?

— От Вазари, арабского капитана, которого мы захватили. Все дело в рыжих волосах Дориана. Легенда утверждает, что у пророка Мухаммеда были рыжие волосы. У жителей Востока они большая редкость, и они относятся к таким волосам с набожным страхом.

— Да нельзя же уповать на цвет волос Дорри!

— Довольно, Том. Возвращайся на свою боевую позицию.

Но лицо Хэла не было строгим, и ему потребовалось все здравомыслие, чтобы не поддаться просьбам сына.

«Серафим» удалялся от крепости, и ее пушки постепенно замолкали. Ветер уносил пороховой дым.

Хэл повел корабль другим галсом, и они миновали северную оконечность острова, медленно начиная огибать его. Хэл внимательно разглядывал берег, приближаясь к рифу настолько, насколько позволяло благоразумие. Он изготовил точную копию старой карты сэра Фрэнсиса, и теперь она была разложена рядом с нактоузом. На этой карте он делал пометки — рядом с отцовскими, пятидесятилетней давности. Он поставил на носу лотового и записывал глубины, а однажды отправил на берег матросов под командованием Аболи, чтобы разведать проход в кораллах. Аболи почти добрался до берега на противоположном краю лагуны, когда из пальмового леса показался отряд в сто с лишним арабов и с близкого расстояния открыл по шлюпке огонь из мушкетов. Прежде чем Аболи смог увести шлюпку назад в пролив, одного из гребцов ранили в плечо.

К тому времени как «Серафим» обошел весь остров, Хэл заметил десяток мест, где отряд можно высадить на берег, и тщательно нанес их на карту. Когда они снова оказались против залива, он положил корабль в дрейф и принялся изучать крепость и выносные укрепления, устроенные арабами под стенами.

Он также пытался примерно определить, сколько людей в распоряжении аль-Ауфа. И наконец решил, что не меньше тысячи. Хотя вполне могло быть и вдвое больше.

Каждые несколько минут подзорная труба в его руках словно оживала и сама по себе поворачивалась к амбразуре в толстой белой стене, которую показал Том.

— Нам предстоит долгая утомительная вахта, прежде чем появится Эдвард Андерсон, — мрачно предсказал он, и все люди на борту «Серафима» прониклись однообразными буднями осады.

* * *Хэл старался поддержать бдительность экипажа непрерывными упражнениями с мушкетами, саблями и пушками, но дни все равно тянулись мучительно долго.

Четырежды в последующие недели монотонное ожидание прерывали корабли, приближающиеся к Флор-де-ла-Мар с запада. Каждый раз «Серафим» поднимал паруса и, подгоняемый муссоном, бросался на перехват."

"Три судна оказались легкой добычей, их брали на абордаж и захватывали без потерь. Но четвертый корабль оказался прекрасной 130-футовой дау, ненамного меньше самого «Серафима».