Муссон

Чайлдс удивленно смотрел на него, и Том торопливо продолжил, не давая ему времени отказать.

— У меня на этом катере есть экипаж из бойцов-моряков, которые служили под командованием моего отца на «Серафиме». Для действий во Франции мне не хватает только каперского свидетельства.

Чайлдс рассмеялся от души, так, что его живот запрыгал на коленях, как резиновый мяч.

— Яблочко от яблони недалеко падает, верно? Как и ваш отец, вы предпочитаете вести, а не следовать. Конечно, ваши боевые приключения всем известны. Вам следовало бы поместить отрубленную голову аль-Ауфа в свой герб, когда в будущем в один прекрасный день вы станете рыцарем.

Неожиданно лорд оборвал смех, и Том увидел в его голубых глазах, как работает проницательный, расчетливый ум. Чайлдс встал и подошел к окну. Так он стоял, глядя на реку, пока Том не начал ерзать в кресле. Потом молодой человек догадался, что пауза умышленная. И сказал:

— Милорд, я хотел бы отдать вам долю приза, который я захвачу с этим свидетельством. Я думаю, пять процентов вполне выразили бы мою благодарность.

— Десять процентов выразили бы ее еще явственней, — заметил Чайлдс.

— Хорошо, десять, — согласился Том. — И, конечно, чем быстрей я отплыву, тем быстрей заработаю для вас десять жирных процентов.

Чайлдс повернулся к нему и алчным жестом быстро потер руки.

— Я сегодня же утром увижу в Сент-Джеймсе кое-кого из нужных людей, джентльменов, в чьей власти выдать свидетельство. Загляните ко мне через три дня — это будет четверг — в это же время. Возможно, у меня будут для вас новости.

Три дня ожидания тянулись, как похоронная процессия, и всех снедали страхи и опасения. Если Уильям свяжется со всеми влиятельными людьми в Лондоне, с которыми он знаком, перед Томом закроются все двери; с того дня как он покинул Хай-Уэлд, прошло достаточно времени, чтобы посыльный мог расстроить его планы.

Даже если Чайлдс доставит ему свидетельство, у Тома нет ни корабля, ни экипажа: ведь он не мог начинать разговор со своими людьми на эту тему, пока у него в кармане не будет свидетельства, подписанного королем. Люк Джервис уже отправился в одно из своих загадочных плаваний, чтобы встретиться с французским партнером где-то на середине Канала.

Он может наткнуться на людей короля и не вернуться. Сомнения одолевали Тома, как стервятники, не только во время бодрствования, но и во сне. А если Люк вернется, согласится ли он рисковать своим «Вороном» в столь опасном предприятии? Он, должно быть, уже богат, а Аболи говорил, что у него жена и целый выводок детей.

Все три дня его люди выжидательно посматривали на него, но Том ничего не мог им сказать. Он даже не решался рассказывать им об обещании Чайлдса, чтобы не давать слишком больших надежд.