Муссон

Женщины закрывали лица и подбирали платья, словно прикосновение к Дориану могло испачкать их."

"Три дня спустя, возвращаясь с урока у аль-Алламы, Дориан встретил у ворот Заяна. Заян сидел с Абубакером и еще тремя своими прихлебателями и льстецами. Они пожирали сласти с большого блюда, но, как только появился Дориан, замолчали и с тревогой наблюдали за ним. Нос у Заяна еще не зажил, а на верхней губе чернел струп. Под глазами темные круги, темнее смуглой от природы кожи. Правая нога перевязана. «Может, он правда будет хромать всю жизнь», — подумал Дориан. Он в упор смотрел на Заяна.

Тот не смог выдержать холодный взгляд зеленых глаз и отвернулся. Сказал что-то Абубакеру. И оба мальчика нервно захихикали.

Дориан прошел мимо них. Чем дальше он отходил, тем смелее становился Заян.

— Кожа белая, как гной, — сказал он, и воздух со свистом вырвался сквозь дыру на месте зуба.

— А глаза зеленые, как свиная моча, — подхватил Абубакер.

— Только тот, кто ее пьет, так хорошо знает, какого она цвета, — громко сказал Дориан, не оглядываясь.

На протяжении следующих недель ощущение враждебности постепенно ослабевало.

Хотя Дориан стал в зенане парией, остальные просто не обращали на него внимания. Даже Заян и Абубакер больше не реагировали на его присутствие, но вели себя при встречах с подчеркнуто преувеличенной небрежностью. Заян все хромал, и со временем стало ясно, что ноге причинен непоправимый ущерб.

Однако Тахи не успокоило это враждебное перемирие между мальчиками, и она не упускала случая рассказать Дориану об опасности умереть от яда или иного способа убивать на расстоянии.

— Всегда встряхивай канзу, прежде чем надеть. Выворачивай сандалии.

Есть такой маленький зеленый скорпион, от его укуса умираешь раньше, чем успеешь крикнуть. Куш все знает об этом скорпионе и о других злодействах.

Но все это не могло надолго сдержать природный кипучий нрав Дориана. Он все меньше времени проводил в стенах зенана. А когда бывал там, Ясмини становилась его постоянной спутницей.

Благодаря искусству Бен-Абрама Шайтанка быстро поправилась и, хотя берегла поврежденную конечность, вскоре уже бегала по стене зенана и взбиралась на самые высокие деревья.

Пришел долгий месяц Рамадан, и новую луну встретили пиром.

Через несколько дней Заян аль-Дин исчез из зенана. Он достиг половой зрелости, стал мужчиной и, по-прежнему хромая из-за раны, нанесенной Дорианом, вступил в большую жизнь. Дориан и Ясмини радовались его исчезновению. Они слышали, его отослали в Маскат ко двору дяди-калифа.

Тахи фыркнула, когда они сказали ей об этом.

— Он отправлен заложником, чтобы обеспечить калифу верность принца.

Дориан не впервые слышал об интригах в оманской царской семье. Но Тахи все равно повторила то, что он уже знал.