Муссон

— Куда ты, Гай?

Каролина встала, ее лицо побледнело от потрясения, она покачнулась.

— К султану, — ответил он и крикнул слугам: — Передайте Ассаму, пусть запрягает серую, да побыстрей.

Он повернулся к Каролине и ударил кулаком по ладони.

— Наконец! Я так долго этого ждал! Попрошу у султана людей из его гвардии. Том причинил ему столько неприятностей, что он не откажет. Мы арестуем мастера Томаса и конфискуем «Ласточку». А когда продадим ее, получим не меньше двух тысяч фунтов. Я заслуживаю награды за то, что предал опасного преступника суду.

Он торжествующе рассмеялся.

— Мастер Том получит бесплатную койку на борту «Апостола», но отправится в Лондон в цепях.

— Гай, он твой брат. Ты не можешь так с ним поступить.

Каролина была в отчаянии.

— Билли тоже был Тому братом, но эта свинья хладнокровно заколола его. Теперь он дорого заплатит за свою наглость.

Каролина бросилась к двери и схватила Гая за рукав.

— Нет, Гай, ты не можешь!..

— Вот как! — Он повернулся к ней, и его лицо потемнело от гнева. — Ты просишь за него. Ты до сих пор его любишь, так? И мигом задерешь юбки и раздвинешь перед ним ноги.

Грязная шлюха!

— Это неправда!

— Ты хотела бы, чтобы он начинил твое брюхо еще одним ублюдком!

Он ударил Каролину по лицу, и она отлетела к низкой стене веранды.

— Что ж, у твоего любовника никаких ублюдков больше не будет.

Он вышел и позвал лошадь.

Каролина тяжело привалилась к стене, держась за красное пятно на щеке, и стояла так, пока не услышала, как лошадь поскакала в сторону гавани и крепости. Тогда она с трудом выпрямилась.

Когда Гай рассказал ей о связи Тома с ее младшей сестрой, она пришла в ужас, ее терзала ревность.

Но накануне она пошла в комнату Сары, и они разговаривали почти два часа.

Каролина поняла, как сильно любит Тома ее сестра.

Сама она давно знала, что ее чувства к Тому безнадежны, поэтому подавила их и, несмотря на сильную боль, которую доставляло такое самопожертвование, поцеловала Сару и пообещала помочь ей бежать с Томом.

— Надо их предупредить, — прошептала она, — но времени уж очень мало.

Она взяла с буфета поднос, положила на тарелку еду для Сары и понесла по веранде, а потом мимо детской, где спал Кристофер, к последней двери. Здесь сидел, полусонный от полуденной жары, один из стражников, положив мушкет на колени.

Когда Каролина подошла, он проснулся и встал.

— Салям алейкум, госпожа. — Он поклонился. — Хозяин приказал никого не впускать в эту дверь и не выпускать из нее.

— У меня еда для госпожи моей сестры, — властно сказала Каролина. — Посторонись.

Он колебался: приказ не предусматривал такую возможность. Потом снова поклонился.

— Я пыль у твоих ног, — сказал стражник, достал из одежды большой железный ключ и вставил его в замок.