Муссон

На этот раз пуля из нарезного ствола попала точно в цель.

За мгновение до того, как дым закрыл обзор, Том увидел, как пуля вошла в широкую серую спину, перебив позвонки у хвоста. Слон снова сел на зад. Том вскочил и побежал в сторону, чтобы увидеть что-нибудь за облаком дыма.

Слон сидел мордой к нему, качая головой от ярости и боли, высоко подняв огромные бивни и выдувая из хобота пунцовое облако кровавых брызг. Его предсмертный крик был таким громким, что, казалось, у Тома расколется череп и лопнут барабанные перепонки.

Аболи выстрелил в голову, и, хотя оба видели, что пуля попала в куполообразный лоб, она не смогла пробить костяную крепость, в которой скрывался мозг.

Раненый зверь, волоча парализованные задние ноги, пытался добраться до своих мучителей.

Оба кинулись назад, подальше от раскачивающегося хобота, и дрожащими руками принялись насыпать порох в стволы и заталкивать пыжи и пули, потом снова поползли вперед и в стороны, чтобы найти брешь, подобраться к груди слона.

Снова и снова отбегали они, чтобы перезарядить мушкеты, и шли вперед, собираясь стрелять. Силы слона постепенно утекали через двадцать ран, и наконец с последним стоном он упал на бок, протянул вперед великолепные бивни и затих.

Том осторожно подошел к нему. Вытянул руку и концом ствола коснулся маленького глаза, окруженного светлыми ресницами и наполненного почти человеческими слезами. Самец был мертв. Тому хотелось торжествующе закричать, но вдруг он обнаружил, что его охватывает необычная, почти набожная грусть и задумчивость. Аболи подошел к нему и, когда их взгляды встретились, понимающе кивнул.

— Да, — негромко сказал он. — Теперь ты постиг, что значит быть настоящим охотником, потому что понял красоту и трагедию того, что мы делаем.

Уил и Люк сумели свалить второго самца, но третий ушел из засады и, невредимый, убежал в лес с остальным стадом. Том хотел погнаться за ним, но Фунди и Аболи посмеялись над ним.

— Ты больше никогда его не увидишь. Он пробежит без остановки двадцать миль, а потом еще пятьдесят пройдет быстрей, чем ты бегаешь.

Вечером они по-царски ужинали тугим ароматным мясом — щекой слона, жаренной над углями на вертелах из веток, и пили теплую, с привкусом слоновьей мочи воду из пруда с таким удовольствием, словно это лучший кларет.

А потом мертвым сном уснули у костра."

"Следующие два дня они вырубали бивни двух самцов, принимая все меры предосторожности, чтобы не повредить их. Фунди показал, как извлекать из полости в основании каждого бивня длинный конический нерв, а потом заполнять эту полость зеленой травой. С помощью веревок из коры они привязали четыре бивня к жердям для переноски. И когда пустились в долгий обратный путь к шлюпкам, каждый бивень приходилось нести четверым.