Муссон

Вода дошла лошадям до брюха, потом поднялась по плечи. Первые лошади поплыли, но всадники вытягивали копья, окружая первую шлюпку, как стая акул мертвого кита.

Моряки в упор стреляли в арабов из пистолетов, потом встали и принялись отталкивать их длинными веслами.

Обе шлюпки сильно раскачивались; вскоре они перевернутся под тяжестью врагов.

На северном берегу выстроился для нападения следующий ряд кавалерии, сплошной массой занимая прибрежный песок.

В центре шеренги был Абубакер, его доспехи и шлем блестели на солнце. Размахивая ятаганом, он вел всадников вперед сначала шагом, потом рысью, потом быстрым галопом.

Сара не могла оставить руль. Она видела шлюпки, окруженные массой лошадей и людей. На корме с вороненой шпагой в руке стоял Том, он рубил головы арабам в воде. Пытаясь перерезать буксирный трос, арабы пилили его ятаганами. Другие всем своим весом и весом лошадей наваливались на планширь. Шлюпка наклонилась, вода хлынула через борт.

Эскадрон Абубакера устремился в реку, и даже Сара поняла, что скоро все будет кончено. Они ничего не могла сделать. Пока не увидела, что из каюты, держась за плечо Ясмини, поднимается Дориан. Опираясь на девушку, Дориан, хромая, добрался до ближайшей пушки. Схватил свайку и стал поворачивать короткий черный ствол. Потом взял из кадушки с песком дымящийся фитиль и прижал его конец к отверстию в затворе.

Пушка отскочила назад на лафете, и туча шрапнели ударила по первому ряду всадников, которые только что добрались до края воды. Ясмини увидела, как на другом берегу протоки свинцовая пуля весом в две унции ударила Абубакера в рот. Из его губ сверкающими осколками вылетели зубы, а пуля пробила челюсть и вышла из затылка. Шлем с острием слетел с головы и, вращаясь, поднялся высоко в воздух.

Всадники вокруг Абубакера попадали с седел, и арабы попятились от края воды.

Дориан прошел к следующему орудию и нацелил его. Всадники увидели, как ствол поворачивается к ним, и в панике обратились в бегство. Туча шрапнели догнала их, с десяток лошадей упали. Мгновенно все ряды пришли в смятение.

Арабы видели, как отлетела голова Абубакера; теперь упал и Башир, лошадь под ним была убита.

Всякое желание преследовать у арабов пропало. Они пустили лошадей в галоп, отступая, чтобы не попасть под следующий выстрел.

Дориан пошатнулся и едва не упал, но Ясмини подхватила его и повела к следующей пушке. Когда та выстрелила, «Кентавр» из-за отдачи накренился и неохотно сполз с песка. Арабы в воде видели, что товарищи на берегу отступают, оставляя их без поддержки. И повернули лошадей к берегу.

— Гребите! Гребите так, чтоб кишки лопались! — закричал Том морякам, и те снова взялись за весла. «Кентавр» пополз вперед и снова застрял.