Никто и звать никак

Когда их сварили с крупой — получался потрясающе вкусный и сытный суп. Один раз мы даже не смогли доесть то, что было в котелке. К утру эта маленькая порция прокисла, что сильно расстроило меня. Следующую срезку грибов я ополовинила. Сварила только часть, а вторую часть нарезала на тонкие пластины и, выдернув нитку из холстины, нанизала их на расстоянии сантиметра. Подвесила в тени, придавив концы нити камнями к выступам. Когда они просохли — убрала и нанизала половину очередной срезки.

Нашли ягоды, еще зеленоватые, но скоро поспеют. Кустарник был похож на малину, но шипы длиннее, а ягоды цветом ближе к ежевике. Но крупные, сочные, хотя пока еще вязали рот и были кислыми. Дик одобрил находку. Улиток я так и не смогла есть, хотя он периодически похрустывал ими.

Мы отмылись и отоспались. Дик притащил кривую ветку, приставил ее к ложу протекающего по скале ручейка и отвел воду в сторону. Теперь она не попадала в озерцо, а почти вся стекала на камни и дальше впитывалась в песок. Зато озерцо за день прогревалось и можно было вечером, после еды, вскипятить котелок воды, вылить в озерцо и получить литров двадцать теплой чистой воды. Мыло и я, и Дик расходовали только на тело. Он нашел на нашем берегу камень с довольно глубокой выемкой. Туда мы наливали воду и сыпали золу. За пару суток всё это отстаивалось, и кружкой можно было аккуратно, стараясь не взбаламутить осадок, начерпать щелока для стирки. Так что все наша одежда, хоть и была не слишком красивой, стала чистой. Меня это бесконечно радовало. Отсутствие вони, мух, шевелящихся в навозе личинок — уже счастье! А какой потрясающий воздух здесь был!

В море мы не купались — вода была не ледяная, но слишком прохладная. Кусок суши, где мы обосновались — не слишком велик. Несколько метров от пещеры до воды, и в длину метров тридцать. Ничего интересного на берегу не было. Я пробовала водоросли с больших валунов, для этого пришлось войти в воду почти по пояс. Но они оказались с резким йодистым привкусом. Как витамины, пожалуй, можно иногда пожевать. Но постоянно есть — только если начнем с голоду умирать. А у нас еще был приличный запас крупы и уцелело больше половины сухарей."

"Нашлись еще две съедобные травы, одну можно было заваривать, как чай. Вторую Дик добавлял в суп как приправу. Она и по вкусу, и резными листиками, напоминала петрушку. Еще я, сама, нашла дикий чеснок! Он был слишком молодой, головок не было, но листья я ела, хотя Дик от них морщился и отворачивался. Есть чеснок я старалась только утром — чтобы не дышать на Дика по вечерам…

Первую рыбину мы поймали почти случайно. Немного рано вышли из леса потому, что руки и ткань для травы были уже полны. В этот раз мы несли две срезки грибов, я радовалась, что наши запасы в дорогу пополняются.