Мустанг

Расстелив одеяла, уложил его, и Мимс растянулся на траве с глубоким вздохом облегчения.

— Сварю кофе, — решила Пенелопа. — Нам всем надо взбодриться.

Пока я собирал сушняк вдоль низкого берега, на небе обозначились звезды. Ласково журчала вода, за толстым стволом упавшего тополя весело плясал маленький костерок. Поднимался ветер, и это меня беспокоило. Его неумолчный шум мешал различать ночные звуки.

В лагере царило молчание. Мы все устали и нуждались в отдыхе, особенно старик. Взглянув на него, я ощутил острый приступ жалости к пожилому, много вынесшему человеку. Пусть я сейчас молодой, сильный и крепкий, но меня ожидает такое же будущее. Я смотрел на Гарри и видел свою старость.

Он выпил кофе, но есть отказался, и скоро заснул беспокойным сном.

— Все золото тайника не стоит страданий этого старика, — шепнул я Пенелопе. — Он хороший человек."

"— Знаю, — согласилась она и замолчала. Я отхлебывал черный кофе, стараясь представить, что принесет нам завтрашний день.

— Мне нужны деньги, Нолан, — сказала Пенелопа, — очень нужны. Можете думать, что я эгоистка, но, если мы не найдем золото, я — нищая и на всем свете нет никого, кто бы позаботился обо мне. Совсем никого.

Я не знал, что на это ответить, поэтому промолчал.

Хоть я и устал, мне хотелось как можно скорее покончить с делами и убраться прочь. Мы находились недалеко от тупикового каньона. Но смогу ли я в темноте найти туда дорогу? Наши противники наверняка оставили наблюдателя.

Мысли о каньоне не давали мне покоя. Человек, живущий в дикой природе, учится доверять своим инстинктам. Его чувства становятся острее. Я не суеверен, однако в этом каньоне было что-то необъяснимое. Нет, ночью там делать нечего. И днем-то найти закопанное сокровище будет совсем не легко, а сейчас-то как рыскать в темноте среди валунов и каменных оползней, где того и гляди свалишься в какую-нибудь яму?

Больше всего мне не хотелось встретиться с Лумисом, Сильвией и Ральфом. Эти люди с Востока не предсказуемы. Когда находишься среди тех, кто вырос и живет на Западе, знаешь, чего от них ждать. Все в них открыто, все на виду. Скрыть поступки и чувства невозможно. Народу мало, городишки маленькие, и что бы человек ни сделал, все становится известным. Хотя в последние годы многое стало меняться. По железным дорогам на Запад ринулись господа совсем другого сорта. Мошенники и слабаки, которых бурное и тяжелое время освоения выкинуло прочь, теперь ехали сюда с удобствами, на мягких подушках вагонных купе.

Лумис был из тех, кто мог появиться на Западе в любую эпоху, хотя и не стал бы ценным приобретением. Если бы не жажда золота, которое они считали легкой добычей, Сильвия и Ральф вообще никогда не поехали сюда.