Муж напрокат

Миссис Блэк задавала вопросы, а я отвечала. О том, какую школу посещают дети, что они любят, как много времени мы с Колином им уделяем, начали ли уже откладывать средства им на колледж и еще миллион разных вопросов, на половину из которых мне пришлось придумывать ответы. Через некоторое время я услышала, как открылась входная дверь и голос из коридора крикнул:

― Дорогая, я дома! ― Я начала мысленно метаться. Что я должна была сделать? Подскочить и сделать вид, что радушно встречаю мужа, повиснув у него на шее? Или вести себя, как обычно, и просто смотреть, что будет дальше?

Я повернула голову в сторону входа, и из-за угла показался Колин. Он широко улыбнулся ― что было ему совершенно несвойственно, ― и я застыла. Никогда не видела у него такой ласковой и доброй улыбки. Надо признать, что она ему шла. Колин приблизился к нам, и я встала, поддаваясь инстинктам. Не знаю, что собиралась сделать, но шагнула к нему, и он, приобняв меня за плечи, поцеловал в висок.

― Здравствуйте, ― он поочередно пожал руки обоим инспекторам, которые тут же представились. ― А где малыши? ― спросил Колин, оглядываясь по сторонам, пока мы садились в соседние кресла.

Господи, тон разговора был такой, что я готова была замурчать, положить голову ему на колени и потереться о них щекой. Колин, как всегда, был по-деловому собран, но при этом по-домашнему ласков. В нем погиб великий актер! Он взял меня за руку и переплел свои пальцы с моими. Блэк внимательно рассматривала наши руки, слегка прищурившись.

― Нора, можно кофе? ― спросил Колин, а потом строгим тоном обратился к инспекторам. ― Ну что, начнем?

― Мистер Мастерс, в целом мы получили уже полную информацию от вашей жены, ― манерно затянула Блэк, глядя на нас. ― У меня только один вопрос. Я обратила внимание, что только миссис Мастерс подала документы на оформление опекунства. Вашего заявления я не увидела. Говорит ли это о том, что вы не намерены становиться детям опекуном?

Колин склонил голову набок и слегка сжал мои пальцы, как будто почувствовав, как от этого вопроса заколотилось мое сердце и по спине пробежала струйка холодного пота.

― Сегодня я отправил свое заявление. Видимо, оно до вас еще не дошло.

Я резко повернула голову влево, всматриваясь в лицо Колина. Он правда это сделал? Но зачем?"

"― Хорошо, ― ответила Блэк. Хоть слово из ее рта вышло и с положительным смыслом, но выражение лица говорило совсем о другом. Как будто она недовольна тем, что он подал заявление. Неужели она пристрастна? Но почему? Я видела эту женщину впервые, и у нее не было повода меня ненавидеть за что-либо.

Спустя еще примерно пятнадцать минут идиотских вопросов, заданных преимущественно Колину, инспекторы встали и направились на выход.