Обещаю, больно не будет (СИ)

Потому что я уйду только с тобой или останусь рядом навсегда. Третьего не дано, понимаешь?

— Понимаю, — кивнула я, а затем набрала полные лёгкие, — но...

— Истома, всё потом. Иначе я просто сойду с ума, если не поцелую тебя! – и он обрушился на меня и мое тело словно ураган, заставляя забыть обо всем на свете и тонуть только в эйфории, а не в отчаянии. И я не нашла в себе силы и желания его остановить.

Спустя миллионы бесконечно прекрасных минут, мы лежали всё на той же кровати. Мой парень нежно скользил губами по моему лицу и шее, а я зарылась пальчиками в его волосы на затылке и дышала концентрированным счастьем с легким привкусом горечи.

Блин, что же я натворила…"

"— Прости меня, Яр. Прости, но я не привыкла доверять людям. Прости, что не поверила. Прости за разбитую машину. За то, что не поговорила с тобой сразу. Я... испугалась.

— Не извиняйся, прошу тебя. Я твоё недоверие заслужил, мне его и возвращать. Ты просто знай, что я принадлежу тебе на все сто процентов. И люблю тебя, Истома. Очень.

— И я тебя люблю, — тоненько пискнула я, когда он снова стиснул меня в своих руках.

— Я думал, уже не скажешь, — губы Ярослава приблизились к моим, и я вновь задышала полными лёгкими, чувствуя, что больше не умираю. Что снова живу!

— Но Аммо всё равно заслуживает по жопе, — прежде чем потонуть в очередном жарком поцелуе и нашей любви, произнесла я с изрядной долей бешенства.

— Организуем. Обещаю.

А в следующее мгновение мир потух. Перестало существовать всё. Остался только он. Только я. Только мы.

Только наша любовь.

Глава 45 – Вместе

Ярослав

Январь…

Я чуть отвлекаюсь от экрана ноутбука, в котором ввожу последние правки в свой дипломный проект, и зависаю. В створе открытой двери я вижу, как моя Истома сидит на диване. Альбом со своими эскизами она отложила в сторону и теперь, выставив перед собой ладонь, сосредоточенно смотрела на кольцо, что я надел на её безымянный палец всего лишь три дня назад. И улыбалась, ласково поглаживая сверкающий камень.

Сердце от этой идеалистической картинки затопило какой-то невероятной нежностью. И сейчас я просто пытался на максимум запечатлеть в памяти столь трогательный момент её счастья оттого, что мы теперь вместе.

До самого конца.

И я каждый чёртов день из кожи вон лез, только бы эта девчонка наконец-то поверила в меня, в те чувства запредельные, которые я к ней испытывал и в то, что всё это реально. Потому что до сих пор она изредка просыпалась посреди ночи и жалобно плакала, хватаясь за меня и шепча словно бы в полубреду:

— Это был всего лишь сон... ты здесь... ты со мной...

— С тобой, Истома. Всегда. И нет в этом мире силы, которая могла бы нас вновь разлучить. Я этого не допущу, обещаю. Веришь?

— Верю.

И она верила.

Вот только жить на два города было невыносимо.