Муж сестры мной одержим

Еще не знаю как, но точно бы справилась. Без него. Без его приказов и осуждающих взглядов.

Если верить тому, что Габриэль мне сказал, когда мы еще были как я думала “вместе”, то у меня было неплохое наследство, которое от меня скрыли самым наглым образом. Прибрали к рукам.

И мой “любимый” дядюшка куда-то укатил, и у меня даже не было шанса прижать его к стенке. Но же должен был когда-то вернуться? Не навсегда же он спихнул меня на этого ублюдка?

Конечно, он должен был вернуться, ведь у него было назначенное дело, спихнуть меня замуж. Да так удачно, чтобы еще на том и заработать. А дядюшка больше всего на свете любил деньги. Значит он очень скоро вернется, и я смогу сказать, что все знаю и потребовать свое.

— Ты слишком быстро едешь! — все-таки не выдержав я начала говорить.

Вот только это ничего не поменяло, мужчина все также продолжал смотреть вперёд яростным взглядом. Его палец все также сжимал до хруста руль.

А нет, все-таки что-то изменилось. От моей фразы у него на виске начала пульсировать венка.

А это уже было плохо. Да?

Я все также продолжала на него смотреть, пока мужик все же не выдержал и грязно выругавшись ко мне обернулся. Только вот мне стало настолько страшно в этот момент, что я постаралась по максимуму вжаться в кресло.

— Ну! — проорал так, что я зажмурилась.

— Что?!

— Ты во мне дыру чуть не прожгла!

— Я хочу знать куда ты меня везешь, я не давала своего согласие на….

Он даже не дал мне договорить, громко засмеявшись он заставил меня закрыть рот.

— Сейчас ты все увидишь.

— Я никуда не пойду, — мы подъехали к огромному зданию городской больницы.

Не знаю, что он хотел сделать, но все равно отказывалась. Из принципа.

Я знала, что с моим ребенком было все в порядке. Не так давно была на плановом УЗИ, сдала все анализы.

— Мне здесь делать нечего, — до родов почти полгода. Еще даже животик толком не видно было.

— Я здесь не из-за тебя, а из-за ребенка, — он даже не смотрел на меня. После того как вышел и открыл мне дверь, просто стоял и смотрел куда-то перед собой. В пустоту.

— Повторю еще раз: этот ребенок не твой…

— Хорошо. Хорошо… тогда чей? — на его лице не дрогнул ни мускул.

— Не вижу ни единой причины тебе это сообщать, — я все же вышла из машины. Но не для того, чтобы отправиться за мужчиной, а для того, чтобы уйти, — мы друг другу никто.

Не сказала — выплюнула ему в лицо.

И только развернулась, чтобы уйти прочь, как Габриэль схватил меня за руку.

— Зря ты так, принцесса, — выделяя последнее слово он наконец-то на меня посмотрел, — нас с тобой связывает гораздо больше, чем ты можешь предположить.

Я про себя усмехнулась, но внешне и вида не подала. Что, интересно, могло связать нас крепче ребенка? Но ему этого знать не нужно было. Я собралась до последнего отпираться.