Мужчина из научной фантастики

В течение первого месяца станут проводиться операции по захвату кораблей, станций и освобождения заложников. А у вас и остальных врачей появятся небольшие каникулы.

Вот теперь я удивилась еще сильнее.

– Каникулы, сэр? – решилась переспросить я.

– Да. Практику вам зачтут, но вы со всеми остальными медиками будете просто наблюдать. Как военный врач, вы должны представлять, как происходят подобные мероприятия, но самой участвовать в них у вас не хватит навыков. Поэтому вы, как и все остальные, будете обузой.

– Понятно, сэр.

– Вот и славно, а теперь перейдем к тому, что вам нужно сообщить своим одногруппникам.

Через несколько дней после разговора с куратором нас переправили на другую военную станцию, рядом с которой находился полигон испытаний. В этот раз военный объект был секретным, и поэтому мы подписали кучу всяких документов, прежде чем наша нога ступила на секретные железки. В случае разглашения даже названия места нас четвертуют, сожгут и пепел развеют по космосу. Меня такие знания тяготили, тем более и нужды в них не было, но… В этой ситуации вспоминалась фраза из лекций по истории: «Партия сказала: «Надо!» – комсомол ответил: «Есть!»

У наших групп практика началась через сутки после того, как мы прибыли на место.

Тренировочная станция была огромнейших размеров, и каждой группе отводилось по сектору. Меня и еще одного вирусолога из нашей группы, Генри Киника, посадили в отдельное помещение с мониторами и местами для отдыха. Просто праздник!"

"После этого дни потянулись один за другим. Мы ели, спали и смотрели небывалое зрелище. Нет, конечно, сейчас снимались потрясающие трехмерные голографические фильмы, но наблюдать за действиями специальной команды и понимать, что все это реально и происходит в нескольких сотнях метров, совсем другое.

Именно теперь я поняла многое из того, что говорили нам преподаватели и зачем они давали нам эти знания. Наблюдая за ребятами, я уже могла просчитывать их действия и осознавать, где больше будет раненых, какие примерно повреждения они могут получить, и появлялось представление даже об их количестве. Понимала команды, которые отдают командиры, и даже где-то предугадывала их. Они были понятны, и поэтому мозг не тратил времени на обдумывание. Очень многое, к чему я раньше относилась скептически, сейчас обрело смысл.

В этих рейдах были и отдельные задания, и спарринги двух групп. С Киником мы даже заключали пари, кто победит. Ребята к нам заходили редко: все выматывались просто жуть. Кира с Джимом посещали меня, мне кажется, лишь для того, чтобы убедиться, не сошла ли я с ума и пришла ли в себя. В общем, месяц пролетел незаметно, и вот как-то дверь отворилась, и в комнату зашел Ремарк.

Мы вскочили на ноги, приветствуя старшего по званию.

– Киник, выйдите.