Мужчина не моей мечты (СИ)
Граф Трэй Ольес молод, красив, обаятелен и страстно влюблен в свою юную супругу, которая отвечает ему полной взаимностью. Их история похожа на сказку. Постылый жених, побег из дома, тайное венчание… Как меня угораздило вляпаться в эту идиллию и попасть в тело новобрачной? Чужой муж не вызывает никаких чувств, кроме жалости. Куда делась настоящая графиня Ольес, непонятно. Но я обязательно во всем разберусь. Главное, держаться подальше от герцога Саллера — кузена графа и по совместительству того самого брошенного жениха. И вот это, как оказалось, труднее всего. Первая книга дилогии.
Уверена, на языке у него вертелось «для светской пустышки», но мастер, конечно, не стал озвучивать свои мысли.
— В Эрменлейве все дни похожи один на другой — ни занятий, ни развлечений, и Трэй пока не пришел в себя. Я начала читать и… неожиданно увлеклась.
Потупилась, смущенно и чуть виновато. Мол, вот такая я неправильная «юная леди», сама себе удивляюсь.
Дильфор не был знаком с Мэарин до нашего с графом появления в имении. Он не представляет, на что Мири способна, откровенно глупа или все-таки не совсем безнадежна, поэтому не должен слишком уж удивляться моей неожиданно проснувшейся любознательности.
"Я рискнула и не прогадала — Дильфор оказался замечательным собеседником. Правда, он так и не рассказал мне о Хауддане, ловко обойдя эту тему, но зато сообщил много занимательного о мире вообще и о Намарре в частности. Появлялся лекарь обычно к концу дня, осматривал Трэя, давал указания Леому и Ниаве, а потом мы болтали.
Подтянутого широкоплечего мужчину с копной вьющихся темно-рыжих волос никто не назвал бы красавцем, но он оказался чертовски обаятелен. И очень много знал. С мастером было легко, приятно, порой весело и всегда очень интересно. С ним я забывала о своем двусмысленном положении, даже изматывающая тоска по дому, по Петьке в его присутствии пусть ненадолго, но отпускала.
* * *— О чем сегодня читали, ваше сиятельство?
Дильфор последний раз провел рукой над телом Трэя, на несколько секунд задержал ладонь у сердца, а потом, удовлетворенно кивнув каким-то своим мыслям, развернулся ко мне.
— О войне между Сигиллой и Онижем.
— Первый раз встречаю леди, которую интересуют сражения. — Мне досталась мягкая улыбка.
— Не сражения, а их причины, — рассеянно уточнила я, косясь в книгу.
Жаль, главу не успела закончить.
— Неужели? — снисходительно качнул головой мастер. Казалось, его забавляло и даже умиляло то упорство, с каким я взялась изучать историю с географией. Чем бы дитя ни тешилось, как говорится.
Если бы…
— Хэленни.
— Что?
— Они боролись за руку хэленни.
— Там так и написано? — искренне изумился Дильфор. — Эти страны давние союзники, и о причинах древней распри и единственной войны сразу же постарались забыть. В учебниках, тем более детских, обычно упоминаются лишь личные разногласия правителей. Почему вы решили, что здесь замешана хэленни?
— Это ясно из текста.

















