Мы избавились от тебя

Впервые в жизни по моему телу разливается странное тепло, чувствую, как лицо начинает пылать огнем. Прикрываясь руками, хватаю из шкафа первые попавшиеся шмотки, пытаясь как можно быстрее скрыться с глаз.

— Куда побежала, мышонок? — за спиной доносится слегка охрипший голос, Мерта.

Мне до такой степени неловко, что наплевав на все приличия, начинаю натягивать джинсы прямо перед ним. Затем трясущимися руками расправляю толстовку, с бешеной скоростью влетаю в несчастную кофту, застегивая молнию до упора. А вот с джинсами все не так просто, на талии они упорно не хотят сходиться, видимо пара недель беззаботной жизни все же отложила отпечаток на моей заднице.

— Не суетись, давай помогу, — как ни в чем не бывало, этот мой, так нываемый, муж, подходит впритык, убирает мои руки в сторону, и сам принимается застегивать идиотскую пуговицу. Теплые мужские руки натягивают джинсовую ткань, слегка касаясь моего оголенного живота. Даже от такого легкого касания бросает в дрожь. Вот только это какое-то совсем иное ощущение, оно не вызывает паники или отвращения, а скорее наоборот.

Мне сложно описать словами подобное состояния, как и любому человеку с поломанной психикой. Да, я признала свою проблему! Мерт предлагал нанять частного психолога, но я пока не готова к этому, решилась лишь на книги по психологии, которых теперь у меня немало. Понимаю, что это только маленький шаг к избавлению от своих «бесов», но все же.

— Спасибо, — несмело шепчу, опустив взгляд на застегнутые джинсы. Признаться честно, они жутко меня сдавливают, не представляю, как буду в них сидеть.

— Я смотрю, ты округлилась, женушка, — Мерт растягивается в улыбке, при этом делает шаг назад, освобождая мое пространство. Мужчина снова осматривает меня оценивающим взглядом. — Хоть на женщину стала похожа, а то выглядела, как пацан. А тут, оказывается задница и сиськи вполне приличные.

Зачем он это говорит? Я ведь только начала доверять этому мужчине. А он снова загоняет в ту пропасть из которой, карабкаюсь изо всех сил. Хотя Мерт вообще не обязан мне помогать, поддерживать и уж тем более оберегать. Я ему нужна для определенных целей, собственно он мне тоже. Так как умирать, я передумала, то этот брак — реальный шанс на лучшую жизнь.

— А куда ты собралась, да еще так спешно? — неожиданно мой муженек сообразил, что происходит. — Кира, посмотри-ка на меня. — нахмурив брови, спрашивает, подходя ближе.

— Мне нужно в больницу, — неразборчиво бормочу, сама не понимая в какую больницу ехать, и как искать там мать.

— Что-то случилось?

— Да, мама, — не могу произнести это в слух, слезы подступают, сдавливая горло.

Как бы я не обижалась на маму, как бы, не злилась, но она единственный родной человек в этом проклятом мире.