Мы над океаном. Книга 1

Горел ночник, в комнате было тихо, и я не соврал Уилсон, когда признался, что не помню, был ли в моей жизни человек, с которым я разделял сон. Тепло постели, тишину комнаты и общее на двоих одеяло. Лишь короткое время на уединение и секс…

Последнее никогда не было проблемой для того, кто родился под фамилией Палмер, да и редко нуждалось в постели. Мои братья постарались, чтобы я рано это себе уяснил и не задавал лишних вопросов.

Я и не задавал. Вопросы исчезли так же быстро, как ложные надежды разбились об отцовскую грубость и смех старших братьев. А затем я перерос и собственные глупые оправдания. В моей семье все было предельно открыто, чтобы у меня остались хоть малейшие иллюзии насчет того, кто я такой и что из себя представляю.

«Ты смышленый, Мэтью, и рожей вышел, а вот мать твоя была дура.

— Нет!

— Да. Иначе бы не связалась со мной и не родила тебя. Вот подрастешь, и мы замутим с тобой настоящее дело!

— Я не хочу.

— А кто тебя будет спрашивать? Или хочешь сказать, ты шибко умный для своего папаши?

— Хочу!

Рука отца в машинном масле, и еще достаточно сильна. Затрещина получается крепкая и со шлепком — звук разносится по всему гаражу, а я утыкаюсь носом в старый тюфяк, пропахший бензином и разлитым пивом. Следом летит пустая канистра — отец пнул ее ногой, и она врезается в стену над моей головой и с хлопком отлетает в сторону. Но я уже достаточно вырос, чтобы вскочить и обернуться. Не испугавшись, утереть нос и волком взглянуть на отца.

Крис чинит чей-то мотоцикл и вскидывает голову. Бросает на нас короткий взгляд и усмехается. Ну да, это смешно — меня весело воспитывать.

— А сейчас? — рычит отец. — Может, и пожрать себе сам достанешь, раз такой умный?

Но уступать не хочется. Я упрямый и надежда пока еще не умерла совсем.

— И достану!"

"— Мэтью, остынь! — ловит меня старший брат, когда я, пнув канистру в ответ, спешу убраться из гаража. — Да стой ты! Сам напросился, дурак…

— Отпусти!

— Не держи его, Кристиан. Пусть убирается, если не ценит, что у него есть дом. Да и кому он нужен? Даже мать на него плюнула… сбежала, шалава! Это я его воспитал! Ты сделан из такого же дерьма, как все мы, слышишь меня, сопляк?! И будешь делать, что я скажу!

План созрел быстро — обида вытолкала из дома взашей и погнала прочь. О будущем не думал, но доказать отцу хотелось — я смогу, я не такой, как он. У меня получится!

В том году на городской ярмарке было многолюдно, и я собирался испытать удачу на всех аттракционах, которые обещали счастливчикам призы.

Я выиграл несколько долларов, сразившись с семидесятилетним ковбоем в дартс, и еще десять — уговорив его поставив эти деньги на поросячий забег.