Мы сделаем это вдвоём

А на слова о том, что у скромной простой женщины он бы вырос вовсе не в королевском дворце, а где-нибудь в простом и скромном доме, и никак не смог бы стать другом его высочества Франсуа, и быть своим в компании молодых магов – простеца туда бы иначе не взяли, он только фыркнул. Что ж, такова жизнь. Не только лепестки роз, но и шипы. Постоянная ненависть и недовольство – и такая любовь, которой иначе не было бы, и быть не могло.

Луи скончался ночью. Я подозревала, что как только об этом станет известно, меня выставят из дворца тут же, и сделала то, чего, может быть, делать и не следовало, но – я хотела иметь при себе возможный козырь при разговорах со всеми этими принцами, и старшим, Анри, и младшими, один из которых сейчас стал королём.

И я взяла из тайника, о котором знала, и который от меня не скрывали, один из фамильных артефактов Роганов – книгу заклинаний, которую писали уже века три, наверное. Без крови Роганов она совершенно бесполезна, но я полагала, что без весомого аргумента меня даже на похороны не пустят.

Книга имела на обложке герб, и я знала, что на него нужно уронить каплю крови, тогда она раскрывалась и что-то показывала.

Я уже почти три десятка лет не была магом, но взяла брошь, проткнула палец иглой и уронила каплю крови на герб. И к моему огромному удивлению, книга сделалась невидимой на моей ладони – хотя я ощущала её размеры и вес. Вот и славно. Книга исчезла во внутреннем кармане платья, а я вытерла слёзы и позвала Фелисьена.

Вдвоём с ним мы просидели там ещё с полчаса, пока не заглянул де ла Мотт – он несколько раз за ночь заглядывал проведать короля, и дальше случилась та понятная и необходимая суета, сопровождающая смену власти в любом государстве.

Я угадала – новый король Луи велел мне убираться из дворца немедленно и не приближаться к любому члену его семьи до конца жизни. Я не стала спорить, я хотела запереться у себя и оплакать всё то, что у меня было, и что ушло вместе с Луи этой ночью. А его семья… у старшего принца уже была жена, принцесса из Видонии, и двое детей – сын Луи и дочь Мария-Луиза. Его брат Франсуа прибыл в столицу порталом через два дня, а дядя Анри – и того позже.

Похоронить Луи должны были в Лимее, в фамильной усыпальнице.

Это королей из прежних династий хоронили в кафедральном соборе столицы, а Роганы не изменили Лимею. Я думала о том, как бы мне поудачнее начать торги и добиться возможности проститься с любимым мужчиной, когда на рассвете ко мне в дом постучались и велели открыть именем короля.

За дверью я увидела гвардейцев принца Франсуа – был при нём отряд магически одарённых молодых людей. Они велели мне собраться, и препроводили меня в Бастион – государственную тюрьму, объяснив это распоряжением нового короля.