Мы сделаем это вдвоём

Меня накормили похлёбкой, дали выпить не Дормидонтовой продукции, но прямо вот красного приличного вина, согретого с пряностями, и уложили спать в какой-то пустой и не самой холодной на свете комнате. Ближний человек генерала Рогатьен не сказал мне, чья это комната, да я и не спрашивала. После почти трёхчасового пути в гору по заваленной снегом дороге, хоть её и утаптывали каждый день, но всё равно – уже не важно, что есть, лишь бы горячее, что пить, лишь бы крепкое, и где спать, лишь бы тепло и тихо.

И вот я проснулась, в окне светло, под одеялом – относительно тепло, а в комнате – тихо. Села, осмотрелась – на лавке и на звериной шкуре, разложенной по полу, навалена одежда. Тяжёлый суконный плащ, высокие сапоги, суконная куртка, кожаная куртка, что-то ещё. Перевязь с оружием – пистолет и тяжёлая шпага. Ремень – из толстой кожи. Так, сюда приходил хозяин комнаты, и как минимум переодевался тут в сухое и тёплое после улицы. Или не только переодевался?

И ведь я знаю, чья это одежда. Господина генерала собственной персоной. Я выселила его из комнаты? Или… не выселила?

Я увидела, что была накрыта не только тощеньким одеялом, но ещё и толстым чёрным плащом – суконным, с льняной подкладкой. И как раз с плащом вышло очень тепло и хорошо – в комнате-то было прохладно. У меня намного теплее. Но у меня дом деревянный, его проще прогреть, чем эту каменную громадину.

Но… что тут было ночью? Я пристально оглядела комнату и кровать. Я спала так, что не слышала ничего – ни как он пришёл, ни как ушёл, ни что было между. Да и было ли?"

"Впрочем, подушка рядом примята. Ладно, спросим, он вообще человек прямой, наверное, ответит тоже прямо. А пока нужно подниматься и понимать, что теперь как.

Вчера Рогатьен выдал мне некие кожаные башмаки на толстой подошве, потому что в валенках я не могла уже и шагу ступить. Валенки остались где-то внизу у огромного камина сушиться, а сюда я поднималась уже в тех башмаках. Они были мне великоваты, но всё равно достаточно удобны.

Дальше я обнаружила за кроватью отдельный закуток, где мне оставили умывальный кувшин с водой и отхожее ведро. Или оно всё там просто обычно стоит. В общем, я даже умылась, волосы пригладила, как смогла, и одежду тоже разгладила мокрыми руками. Маркиза, как она есть, что и говорить. Та самая, которая была при их короле. Нечёсаная, в простых толстых чулках, и мятой после сна одежде. Ладно, кого это вообще сейчас волнует? Точно не меня.

Глянула в окно, за окном – красота. Белый лес, отроги гор, и наверное, в хорошую погоду виден Байкал вплоть до того берега. Сейчас же погода была отвратительная – всё ещё снег и метель.