Мы сделаем это вдвоём

А чувствовал каким-то очень тяжёлым, неповоротливым и неуклюжим.

- Скажи-ка, Дуня, перед нами мужчины как они есть – только отлегло от известного места, как сразу же бежать, - ворчала со смешком маркиза. – А то, что есть ещё и восстановительный период после температуры и что там у него было – это в голову не приходит. Вы как будто ранены никогда не были, господин генерал. А вроде бы были, какие-то шрамы я на вас помню. И туда же – ноги не держат, а бежать. Вас там что, дела ждут неотложные? Или не дела, а что-то другое, или кто-то другой?

- Насколько мне известно, с делами всё благополучно, а ждёт его там разве что Жак, но он справляется, - сказал вдруг Асканио.

Надо же, перешёл на сторону маркизы и компании? Когда успел?

Впрочем, когда после завтрака его вернули в хорошо проветренную комнату и на перину, ему осталось только выдохнуть с облегчением. Пришедшая госпожа целительница велела лечь и закрыть глаза, и обследовала его своей светящейся ладонью, это было щекотно. Потом пришла маркиза с чашкой тёплого отвара, и ещё попросила какую-то мазь, и целительница ей дала.

- Руку давайте, господин генерал, - скомандовала маркиза, усевшись возле него на кровать.

Анри повиновался, не задумываясь – для чего это ей понадобилось. А она открыла баночку и принялась брать оттуда какую-то приятно пахнущую мазь и втирать ему в кончики пальцев. Это ещё что такое?

- Что это вы делаете? – нахмурился он.

- Спасаю ваши растрескавшиеся пальцы, - ответила она. – Неудобно же, наверное?

Неудобно, всё так. Но мелочи же?

- Почему вы это делаете? Вообще всё это? Возитесь со мной? – спросил Анри.

Она взглянула на него – мгновенно и остро.

- Вы меня спасли, теперь я вас спасла.

Она права, конечно. Но… как-то не так это прозвучало. Не то, чтобы он ожидал другого, но…

Вот и всё. Она права, наверное. Эх.

29. Простые действия

Будет он ещё тут спрашивать, почему я с ним вожусь!

Могу, и вожусь. Помрёт же, ей-богу, помрёт, если не возиться. Уползёт в свою груду камней на горе и там помрёт от какого-нибудь осложнения, там такому прицепиться – раз плюнуть!

Я подавила в себе сильнейшее желание показать ему кулак или сказать что-нибудь непечатное. Посмотрела на него – что это, почему это он взгляд-то отводит? Понимает, что неправ? Эх.

Я хорошенько намазала Дуниной мазью на основе гусиного жира все его пальцы – как-то так мне втирала в руки крем после маникюра мастер Надюша в прошлой жизни. Глянула сурово.

- Положите руки поверх одеяла и ждите, пока впитается, ясно? – сказала, и пошла себе.

Кликнула Мусю – иди, мол, сторожи больного-то. Муся муркнула и пошла сторожить. Не знаю, что думает о кошачьем дозоре господин генерал, но – ничего пока не сказал.

А я пошла в зал и нашла там Дуню и Рогатьена. Нужно было обдумать одну мысль.