Обрученные
Он засватал меня в четырнадцать, договорился с моим отцом. Появлялся в нашем доме два раза в год — на мой день рождения и Восьмое марта. Пожирал глазами и дарил золото.Не трогал.Ждал.Поначалу я боялась его до дрожи. Кто бы не боялся на моем месте? Мне было искренне непонятно, что вообще от меня нужно взрослому, здоровенному мужику. Но постепенно я привыкла к мысли, что он станет моим мужем.Когда мне стукнуло восемнадцать, он объявил, что свадьба скоро состоится, и теперь я должна с ним встречаться наедине.Он очень красиво ухаживал, дарил платья, цветы, возил по ресторанам, сладко целовал. И я поверила, что он всегда будет со мной таким нежным, что это любовь.А потом я узнала, что у него есть постоянная любовница, которую он не собирается бросать, и годовалый сын от нее.Я пришла к нему в слезах, чтобы разорвать помолвку, а он разозлился. Сказал, что свадьба — вопрос решенный, я свое мнение по поводу его любовниц я могу засунуть, куда подальше.
— Ты именно в точности мне так и сказал — что у меня нет права предъявлять тебе за любовниц. Не помнишь? У тебя в ресторане было дело! Еще до того, как ты уехал в Москву.
Звучало кошмарно.
Как можно ляпнуть молоденькой девчонке, что у нее нет права его ревновать? Тем более когда и близко изменять не собирался. Ведь фактически это звучало для нее именно так — я буду блядовать, милая, а ты сиди и не рыпайся. Тут любая взбесилась бы.
Вардан порылся в закоулках памяти, соображая, мог ли в реальности ей такое сказать? По всему выходило — мог. Он тогда еще с Лианой пороху не нюхал, не знал, что девчонка способна выкинуть, считал себя хозяином положения.
Досчитался…
А вернее, просчитался.
Чего стоило сразу объяснить ей, что у него и близко ничего нет с Наирой?
Это же сколько он успел напортачить с Лианой и даже сам этого не понимал. Четыре года ухаживал и спустил все усилия в унитаз.
С другой стороны…"
"Да у них выдалось несколько паршивых недель, если быть точным — последние три. С тех пор как у них случился секс, прошло ровно три недели.
Но ведь до этого было много хорошего. Неужели Лиана ничего этого не помнит? Как можно перечеркнуть все то, что он делал для нее, все его ухаживания, старания.
— Согласен, еще один мой проеб, тоже как-то тебе это компенсирую. Даю тебе торжественное разрешение предъявлять мне все, что хочется предъявить.
В конце концов, должен же он знать, если еще где-то напортачит.
А молчанка с ней оказалась паршивой тактикой.
— Ну? Все? — спросил Вардан, изучая ее взглядом. — Больше претензий ко мне нет? Раз так, немедленно поехали домой!
— Зачем? — спросила она.
— Ты — моя женщина, и я по-прежнему намерен на тебе жениться. Серьезно, Лиан, я готов на компромиссы с тобой. Но в этом я непреклонен. Уж конечно, тебя не отпущу. Мы можем пожить какое-то время вместе, если хочешь. Заново приспособимся друг к другу, все дела… А потом в загс.
Лиана состроила круглые глаза, будто и вправду не догадывалась о его намерениях. Она его первый день знает, что ли?
Вардан пропустил момент, когда она схватила с подноса недопитый стакан с водой.
— Пусть за тебя Наира замуж выходит! — крикнула она.
И резко плеснула воду ему прямо в лицо.
Плеск раздался громкий. Лицо окатило холодом.
Вардан зажмурил глаза, стирая ладонью капли. Он так сильно не ожидал ничего подобного, что буквально остолбенел.
— Ненавижу! — зафырчала Лиана кошкой.
Подскочила с места и исчезла в районе кухни.
Вардан не побежал следом, лишь проводил ее злобным взглядом.
Надо же, а ведь какой-то месяц назад он думал, что его невеста — безобидная ромашка, не способная показывать норов. А характерец-то тут ядреный.












