Обрученные
Он засватал меня в четырнадцать, договорился с моим отцом. Появлялся в нашем доме два раза в год — на мой день рождения и Восьмое марта. Пожирал глазами и дарил золото.Не трогал.Ждал.Поначалу я боялась его до дрожи. Кто бы не боялся на моем месте? Мне было искренне непонятно, что вообще от меня нужно взрослому, здоровенному мужику. Но постепенно я привыкла к мысли, что он станет моим мужем.Когда мне стукнуло восемнадцать, он объявил, что свадьба скоро состоится, и теперь я должна с ним встречаться наедине.Он очень красиво ухаживал, дарил платья, цветы, возил по ресторанам, сладко целовал. И я поверила, что он всегда будет со мной таким нежным, что это любовь.А потом я узнала, что у него есть постоянная любовница, которую он не собирается бросать, и годовалый сын от нее.Я пришла к нему в слезах, чтобы разорвать помолвку, а он разозлился. Сказал, что свадьба — вопрос решенный, я свое мнение по поводу его любовниц я могу засунуть, куда подальше.
Но по-настоящему жутко ей стало, когда они оказались внутри.
На пороге у лестницы лежал лицом вниз охранник дома. Непонятно, живой или нет? Из-под его головы струйкой стекала кровь.
— Ашот! — взвизгнула Аревиг.
Охранник не отозвался.
— Все в подвал! — скомандовала Наира.
Она лично открыла дверь на лестницу, ведущую вниз. При этом не забыла забрать у Эвридики поднос со злосчастными лакомствами.
Люди под прицелом оружия прошагали туда, и остались заперты в подвальном помещении.
Лиана бы предпочла пойти с ними, но…
— Пошла в гостиную, — процедила Наира с искаженным ненавистью лицом.
"С каждым новым шагом Лиана чувствовала, как в висках стучал пульс. Пока шла, нервно оглядывалась по сторонам. Мозг фиксировал все детали в слепой надежде найти хоть какой-то способ избежать того ужаса, который для нее подготовила бывшая любовница Вардана.
Но ничего не находилось.
Ничего и никого, кто смог бы помочь.
Она осталась с Наирой один на один. Хотя нет, двое на одну, ведь ее сообщника с пистолетом никак не скинешь со счетов.
Наира поставила поднос с угощениями на стол, ласково пригласила Лиану:
— Садись, поешь.
А Лиана решила, не станет играть в эту игру.
Чему быть того не миновать, но самолично травить своего ребенка в угоду этой суке она не станет.
Лиана остановилась у стола, обернулась к Наире и сказала почти твердым голосом:
— Тебе надо, ты и ешь.
— Смелая, да? — Губы Наиры растянулись в самой уродливой на свете улыбке. — Анзор!
Лиана и мяукнуть не успела, как этот здоровенный детина спрятал за пояс пистолет, а потом рванул к ней, схватил за плечи, да так крепко, что казалось, оторвет руки.
— Держи ее! А ты открой ротик, ням-ням… — Каждое слово Наиры сочилось ядом.
Она взяла с подноса пирожное-корзинку, поводила им перед носом жертвы.
Лиана почувствовала аромат песочного теста и еле сдержала рвотный позыв, отвернула лицо.
Тогда Наира схватила ее за подбородок, попыталась сунуть в рот пирожное силой, безжалостно сминая хрупкое тесто.
— Жри, тварь… — орала мерзавка во все горло.
Лиана как могла плотно сцепила губы и зубы, молясь про себя, чтобы как-то пронесло, чтобы она смогла как-то выстоять.
— Жри, иначе я возьму у Анзора пистолет и выстрелю тебе в живот. Ты этого хочешь? — все злилась Наира.
А ведь и вправду выстрелит.
Даже если ее спасут, что дико сомнительно в данной ситуации, очень вряд ли она сохранит ребенка или вообще способность иметь детей. Осознание этого убивало Лиану, лишало ее возможности нормально дышать.
— За что ты так меня ненавидишь? — простонала она в бессильной ярости.
— Тебя? — хмыкнула Наира. — Много чести… Ты мне на хер не сдалась. За будущего мужа страдаешь! Он ведь уже сделал тебе новое предложение, так?
Секунда, и Лиана почувствовала пальцы Наиры на своей шее.












