Обрученные
Он засватал меня в четырнадцать, договорился с моим отцом. Появлялся в нашем доме два раза в год — на мой день рождения и Восьмое марта. Пожирал глазами и дарил золото.Не трогал.Ждал.Поначалу я боялась его до дрожи. Кто бы не боялся на моем месте? Мне было искренне непонятно, что вообще от меня нужно взрослому, здоровенному мужику. Но постепенно я привыкла к мысли, что он станет моим мужем.Когда мне стукнуло восемнадцать, он объявил, что свадьба скоро состоится, и теперь я должна с ним встречаться наедине.Он очень красиво ухаживал, дарил платья, цветы, возил по ресторанам, сладко целовал. И я поверила, что он всегда будет со мной таким нежным, что это любовь.А потом я узнала, что у него есть постоянная любовница, которую он не собирается бросать, и годовалый сын от нее.Я пришла к нему в слезах, чтобы разорвать помолвку, а он разозлился. Сказал, что свадьба — вопрос решенный, я свое мнение по поводу его любовниц я могу засунуть, куда подальше.
— Это не ты, пусть это будешь не ты!
Однако после того как машина припарковалась неподалеку от детской площадки, вышел оттуда именно Вардан.
Стоило ему появиться, как малыш Наиры шустро соскользнул с коляски и бросился прямиком к Вардану, при этом чуть не навернулся на асфальте. Вардан помчался к ребенку, поддержал его, а потом и вовсе подхватил на руки.
Размазывая по щекам слезы, Лиана наблюдала за тем, как к Вардану поспешила Наира. Они о чем-то заговорили.
Она не слышала слов Наиры, зато расслышала бас Вардана:
— Почему не следишь за ребенком? Он чуть носом не пропахал асфальт…
На этом они ушли.
Классическая такая семья. Мама, папа, ребенок…
А Лиана кто?
Лиана еще некоторое время продолжала сидеть на скамейке.
Ее лихорадило, она никак не могла собраться с мыслями. Как будто что-то в организме разладилось, и она больше не управляла им.
Все прокручивала в голове одну и ту же сцену — как Вардан подхватывает малыша, разговаривает с Наирой, уходит с ней в подъезд.
Задыхалась от смертельной боли.
Потому что все, что она думала об этом мужчине, оказалось ложью.
У него есть другая женщина и ребенок от нее. Маленький красивый ребенок, которого он, очевидно, любит, и который любит его. Ребенок, которого она сама хотела родить Вардану.
И вот, когда казалось, что грудь больше не может вместить ни капли новой боли, ее телефон булькнул сообщением.
От неизвестного номера пришло два слова: «Посмотри. Наира».
Затем видео.
Лиана нажала на воспроизведение и закрыла себе рот ладонью, чтобы не закричать.
На видео, снятом очевидно на телефон, Вардан с вожделением срывал с себя рубашку. Оголившись до пояса, на этом не остановился, стал расстегивать ремень брюк, при этом с жаром смотрел на ту, кто снимал это видео.
— Ты что делаешь, чертовка? Убери! — велел он, стаскивая с себя брюки.
На этом видео прервалось.
Но, ей-богу, Лиана увидела достаточно, чтобы ее сердце разбилось на мелкие осколки.
«Это чтобы ты не сомневалась», — добило ее последнее сообщение.
Лиана как завороженная прокручивала видео на начало и просматривала снова и снова.
Гладкая мускулистая грудь, торс Вардана… Он что, бреет себе все? На туловище ни одного волоска, кожа бронзовая, загорелая.
Лиана ведь никогда не видела его голым. Даже в плавках и то не видела пока что.
Он показался ей холеным хищником, красивым как бог.
И… абсолютно чужим теперь.
А того Вардана, который был с ней ласков и нежен, кто признавался в любви, с кем хотела прожить жизнь, она, похоже, себе придумала.
На негнущихся ногах Лиана поплелась домой.
Идти пешком далековато, но ей было решительно плевать.
Вот только домой она попала нескоро. Все плутала и плутала по улицам отлично знакомого ей города. Глаза ее словно не видели дороги, а ориентир сломался.











