На другом берегу осени (БР √2)

Почему-то система перехода неохотно пускает в смежные миры, особенно в близкие временные пределы. Может, чтобы я не встретил кого-то из знакомых? Я был в похожем мире, расхождение с вашим началось во время Второй мировой, в нем Сталин не стал наступать дальше в Европу, а ограничился востоком Финляндии. И фашистская Германия существовала до середины пятидесятых, потом Гитлера убили, ну и дальше пошло-поехало. А Москва – да, вот такая же была, правда, без скворечников картонных, но старые районы остались. Даже Новый Арбат застроили. Не страшными этими домами-книжками, а чем-то в стиле ампира.

- И что, как там люди живут?

- Нормально, - парень пожал плечами. – Человек ко всему приспосабливается, даже к коммунизму. Ладно, валите на свои рапсодии, я один культурно отдохну. Да не извиняйся ты, дело молодое, понимаю, самому когда-то тридцать было. Это в моем возрасте начинаешь потихоньку ко всему проще относится.

- Так куда ты собрался-то, - Павел сам сделал себе кофе, поморщился. – Слушай, ты колдуешь над ним, что ли? У меня так не получается.

- Молодой еще, - припечатал Артур. – И вообще, знал бы, что ты откажешься, Катю пригласил.

- Какую еще Катю? – Павел аж поперхнулся. – Эту шалаву из эндокринологии? Я не сплетник, но Елена мне рассказывала, что ты с ней там что-то шушукаешься. Слушай, с ней не то что вся больница…

- Нет, успокойся, о великий блюститель нравственности, - подмигнул родственнику Артур. – Катю, девушку Марка бывшую.

- А, - тот потряс головой. – Погоди, ты когда успел? Когда с Лехой встречался, да? А Марк знает? Хотя что я спрашиваю, они же расстались, он вроде как ее бросил, говорил, что она на замужество намекала, и он вовремя соскочил.

- Ну и кто в больнице главный сплетник? – Артур меланхолично скрутил кусочек камамбера в шарик, обмакнул в варенье, кинул в рот, облизал пальцы.

– Успокойся, во-первых у нас с Катей чисто дружеские отношения, а во-вторых, если ты не забыл, Марк женат. Так что с этой стороны моя совесть может быть совершенно спокойна. Ну все, допивай – и проваливай, а то мы тут до обеда будем лясы точить.

Осень щедро бросалась последними погожими деньками, непогода могла прийти в Москву в любой день и задержаться как минимум до весны, так что улицы были полны москвичей и гостей столицы – кто-то целенаправленно куда-то торопился, а кто-то просто гулял, глядя по сторонам.

Вот как Артур.

Оставив мотоцикл на стоянке, он медленно шел по дорожкам парка, подставив лицо кое-как греющему солнцу. Артур прогулялся вдоль небольшого пруда, потом углубился в заросли, по тропинке, отсыпанной гранитной крошкой, сбивая опавшую листву ногами, вышел на асфальтированную дорогу и уткнулся в небольшую церквушку. Недавно отреставрированная, она сияла золоченым куполом, красовалась новой колокольней и кованой оградой.