На грани развода. Любовь против истинной пары

- Извини, но несмотря на некоторую предвзятость рассказчика, я всё-таки рада, что победил ты, а не он.

- Да, я тоже был рад тогда, что жив.

Я немного думаю обо всём этом, и что-то пока не сходится.

- Но дуэли разрешены. На повод часто закрывают глаза. Ты говоришь, что вызвал Брайта прилюдно? Как это превратилось в то, что о тебе рассказывают, что ты заколол его в спину во Тьме?! Его родня набросилась на тебя и вывернула всё в его пользу?

- Не совсем. Просто пока я глупо стоял над его телом, пока мы все пытались понять, что делать, открылся портал.

Я приоткрываю рот.

- Я убил своего командира перед тем, как… генералы сказали - “перед тем, как на нас напал настоящий враг”. Брайт был мерзавцем. Но он знал, что делать в бою, и без него мы остались как без головы, одна большая задница. Нет, мы пытались собраться. Дарс взял управление нашим маленьким взводом, но этого… не хватило.

Я пытаюсь вспомнить этого парня. Что-то знакомое… И меня вдруг колет болезненное осознание.

- Мы старались, - продолжает Фрей. - Но не доверяли друг другу. Орали друг на друга, обвиняли. В том бою Дарс стал первой жертвой - Тьма очаровала его.

И вот его я заколол собственными руками.

- Свет побери, - выдыхаю я.

- Ты же знаешь, как это. Любой очарованный Тьмой человек становится сильнее. Очарованный маг? Мы чуть не полегли там все - часть тех, кого я считал товарищами, потом не вернулась на службу. Вот такой я человек, Грейс. Подлец? Не знаю. Но точно идиот, который не сделал в жизни ничего особо хорошего.

Теперь Фрей замолкает, делает долгий глоток прямо из бутылки. Его красивые пальцы теребят оплётку, губы изгибаются в подобии холодной усмешки:

- Ну а потом родня Брайта вывернула оставшееся в его пользу.

Они вообще-то требовали казни. Но в итоге меня лишь отправили в Балфорт, где я потерял полтора года. Сидел бы там и дольше, но у отца не выдержало сердце - он был давно болен, но как понимаешь, вполне похоже, что и в его крышку гроба я забил последний гвоздь. А король почему-то решил, что негоже оставлять наш род без наследника и помиловал меня, лишь запечатав часть магии.

Я прикусываю губу. Некоторое время мы опять сидим в тишине. Хотя на самом деле, внутри появляется странный зуд, который требует что-то уже сделать.

То ли ткнуть Фрея в плечо, то ли сказать нечто дурацкое и ободряющее!

Только что, тхар побери?

- Кстати, о запечатанной магии, - тяну я бесцельно. - Это какие-то светлые и боевые заклинания?

- Те, что входят в дуэльный список, да.

- Выходит, ты больше не можешь драться против людей?

- Ну почему же. Могу, просто выиграю вряд ли.

Многого я не знала, если подумать!

Мотаю головой. Но зуд внутри растёт и копится, требует выхода.