На границе империй #09-3

Быстро собравшись, выдвинулся туда. На входе у меня отобрали оружие и рюкзак, всё это пришлось сдать в камеру хранения. Около судебного зала меня уже ожидал мой адвокат с крайне недовольным видом.

— Что случилось, почему такой хмурый?

— Заседание суда будет закрытым.

— Почему?

— Судья принял такое решение. Судя по всему, полицейское управление на этом настояло.

— Это плохо?

— Не знаю, посмотрим, как сложится.

— Слушай, мне вчера на почту пришло видео с записью моего разговора в кабинете начальника перед моей отправкой, так что у нас теперь есть доказательства, что я не сам туда полетел.

— Мне тоже пришло такое видео, вот только происхождение его вызывает много вопросов.

— Что не так?

— Не знаю, примет ли судья его к рассмотрению. Откуда оно взялось?

— Не знаю, там в кабинете висела камера наблюдения, а вот кто его прислал — я не знаю.

— Значит, тебе кто-то помогает здесь в управлении.

— У меня нет здесь никого знакомых. Если только сам бывший начальник выслал.

— Думаешь, это он?

— Не знаю, у меня больше нет вариантов. Ни у кого не было доступа к камерам в управлении. Вот только я не понимаю, зачем он это сделал?

— Сейчас будет понятно. Пойдём, нас вызывают.

— Слушай, меня вчера весь день дамочка из управления преследовала.

— Что хотела?

— Поговорить и узнать судьбу остальных.

— Понятно. Разговорить хотела, а ты что?

— Ничего. Отказался с ней разговаривать.

— Правильно сделал.

Мы зашли в судебный зал. Удивительно, но здесь было много разумных. Адвокат удивлённо на них посмотрел. Когда мы подошли к нашему месту, адвокат обратился к судье. Судья уже был на своём месте во главе большого стола.

— Господин судья, мне пришло извещение, что заседание будет проходить в закрытом режиме?

— Да, это так.

— Тогда откуда здесь столько посторонних?

Здесь вмешалась в разговор дамочка, что вчера меня преследовала. Судя по всему, адвокат и она представляли интересы полицейского управления.

— Господин судья, эти разумные являются родственниками тех, кто улетел вместе с ним отсюда, и они имеют право знать о судьбе своих родных и близких.

— Вы меня вчера просили провести заседание в закрытом режиме. Я пошёл вам навстречу. Поэтому все посторонние должны покинуть это заседание. Может остаться только представитель от полицейского управления.

Все вышли, осталась только ещё одна женщина в полицейской форме. Когда они вышли, судья продолжил:

— Рассматривается дело Блез Абдулаиджи против полицейского управления. Начнём, пожалуй, с жалобы, поступившей на ваши действия, Блез.

Я посмотрел удивлённо на адвоката, а он на меня.

— О какой жалобе идёт речь, господин судья? Нам ничего об этом не известно, — спросил мой адвокат.

— Вот.