На отбор вызывали?

Пришлось поднять пару бокалов, чтобы он выпил за здоровье короля, и лишь через полчаса мне удалось выскользнуть из полутемной комнаты, чтобы встретиться с осведомителем.

– Прошу, ваше высочество, – низко поклонилась Саки.

– Тс-с, – тревожно покосившись на дверь в обитель порока, прошипел я.

– Прошу прощения, – снова согнулась она и юркнула в неприметный закуток. Подала мне свиток: – Есть вести, что его видели в Вилсаре десять дней назад. Он очень похож, но кожа смуглая и волосы короткие.

Я сжал челюсти до ноющей боли. Самые жуткие кошмары становились явью. И что будет делать теперь таинственный недоброжелатель, представить трудно.

– А что нанятые… освободители?

– Он хитер и храбр, – виновато отозвалась женщина. – Никому не удалось одолеть этого сейлора.

– Он бродяга! – зло процедил я. – Как они могли упустить цель? Найди лучших из лучших!

– Я поняла, – снова поклонилась Саки и покосилась на дверь в комнату увеселений: – А что делать с сеймуном? Он приходит редко, и я боюсь, что утром сейлор Драген вернется с приговором…

– Не бойся, – ухмыльнулся я и достал пустой пузырек от верного снотворного. – Он ничего не вспомнит.

Я вошел в комнату с приглушенным светом тем же путем и, заметив спящего в окружении полуголых девиц сеймуна, усмехнулся: позабавиться ему не удалось. Зато хоть отдохнет на славу и завтра будет во всеоружии, чтобы руководить отбором невест. Разумеется, для меня не осталось загадкой ни задание моего отца, ни бессильная ярость Драгена.

Поделом ему!

Глава 17. Светлана

– Бабушка, ты снова храпишь, – пробурчала я под нос и накрылась одеялом с головой.

Перевернулась на другой бок и, распахнув глаза, резко села. Уперлась взглядом в розовое платье, затем посмотрела на штору, которую слуги вчера повесили на место, и только затем на вторую половину кровати. Так все не сон?

Вольготно раскинувшись на подушке, рядом со мной спала белка. Подергивала задней лапой, будто убегала от кого-то во сне (и я даже догадываюсь, от кого именно). С храпом открывала пасть, но будто пробуждалась от издаваемого собой же звука, сонно дожевывала последние крошки от вчерашних лакомств и вновь засыпала.

Моя ладонь скользнула по шелковой простыне к животному. Я запустила пальцы в теплую шерстку на животе Багета и обреченно вздохнула.

Да, я в реальности. Меня заперли в роскошных покоях, как в тюрьме. Не слушают объяснений, обзывают воровкой из-за ключа, которого я даже в глаза не видела. К кому обратиться? Кто хотя бы попытается услышать меня и понять, что я просто оказалась не в то время и не в том месте? Если принц и сильнейший маг королевства настолько упрямы и слепы, что видят только то, что хотят, значит…

– Значит, – решительно повторила я вслух, – нужно добиться аудиенции у самого короля.