На пятьдесят оттенков светлее

— Я не думаю, что это так, — бормочет Кристиан, сейчас его глаза открыты. — Собирать материалы на мою семью он начал через неделю или позже, после того, как ты начала свою работу в SIP.

Барни не знает точной даты. И, Ана, он трахал всех своих секретарш и снимал их на пленку. — Кристиан закрывает глаза и еще раз сильнее сжимает меня.

Сдерживая дрожь, которая прошла волной по моему телу, я пытаюсь вспомнить мои первые встречи и разговоры с Джеком, когда я только начала работать в SIP. В глубине души я подозревала, что с ним что-то нечисто, но я игнорировала все эти «звоночки». Кристиан прав — я невнимательна к своей собственной безопасности. Я вспоминаю нашу ссору, когда я собиралась ехать в командировку с Джеком в Нью-Йорк. Я могла бы оказаться на одной из этих грязных пленок. Эти мысли тошнотворны. И в этот момент я вспоминаю фотографии сабов, которые делал Кристиан.

Черт! «Мы сделаны из одного теста.» Нет, Кристиан, это не так, ты не такой же, как он.

Он все еще лежит, свернувшись рядом со мной, как маленький мальчик.

— Кристиан, я думаю, что ты должен поговорить с мамой и папой. — Я с неохотой передвигаю его, таким образом я перемещаюсь обратно на кровать, чтобы смотреть в его глаза.

Изумленный серый пристальный взгляд встречается с моим, напоминая мне о ребенке на фотографии.

— Позволь мне позвонить им, — шепчу я. Он качает головой.

— Пожалуйста. — Прошу я. Кристиан уставился на меня, боль и неуверенность в себе — отражаются в его глазах, когда он рассматривает мою просьбу.

Ох, Кристиан, пожалуйста!

— Я позвоню им, — шепчет он.

— Хорошо. Мы можем поехать и навестить их вместе, или ты один можешь сделать это. Что бы ты ни выбрал.

— Нет. Они приедут сюда.

— Почему?

— Я не хочу, чтобы ты куда-нибудь ехала.

— Кристиан, я не против поездки на машине.

— Нет. — Его голос тверд, но он дарит мне ироническую улыбку. — В любом случае, сейчас ночь субботы, они, вероятно, чем-то заняты.

— Позвони им. Эти новости, очевидно, расстроили тебя. Возможно они в состоянии пролить некоторый свет. — Я смотрю на радио-будильник. Почти семь вечера. Он расценивает меня спокойно на мгновение.

— Хорошо, — говорит он, как-будто принимает от меня вызов. Сидя, он поднимает с постели телефон."

"Я обвиваю руки вокруг него и кладу голову ему на грудь, пока он звонит.

— Папа? — Я замечаю его удивление, что Каррик подошел к телефону. — Ана в порядке. Мы дома. Уэлч только что уехал. Он узнал связь… приемная семья в Детройте… Я не помню ничего об этом. — Голос Кристиана почти неслышимый, поскольку он бормочет последнее предложение. Мое сердце сжимается еще раз. Я обнимаю его, и он сжимает мое плечо.

— Да… Вы будете?… Отлично. — Он вешает трубку. — Они в пути.