На пятьдесят оттенков светлее

 — Ее голос тихий, с колеблющейся музыкальностью, и она часто моргает, длинные ресницы прикрывают её большие голубые глаза.

Не в силах сдержать веселье в своем голосе при воспоминании о её молоприличном появлении в моем кабинете, я спросил кто она.

— Анастейша Стил. Я изучаю английскую литературу с Кейт, эм… Кетрин… эм… Мисс Каваной в Штате Вашингтон.

Нервная, застенчивая, зубрилка, да? Она рассматривает меня; безобразно одета, хрупкое тело спрятано под бесформенным свитером и коричневой юбкой.

Она вообще не умеет одеваться? Она заметно нервничает, когда рассматривает мой офис, но на меня посмотрела довольно иронично."

"Как такая молодая женщина может быть журналистом? У нее нет необходимой жесткости и напористости. Она очаровательно взволнована, кроткая, мягкая… покорная. Я качаю головой, ошеломленный тем, какие непристойные мысли лезут ко мне. Бормоча некоторые банальности, я прошу ее сесть и замечаю ее внимательный взгляд оценивающий мои офисные картины. Не успев остановить себя я пояснил: — местный художник, Троутон.

— Они прекрасны. Отобразить в обычном, такое необычное, — мечтательно произнесла она, потерявшись в изящности тонкого мастерства художника. Её профиль такой тонкий — вздернутый нос, мягкие, полные губы и своими словами она точно отражает мои чувства.

Удивительное в обыденном. Это наблюдательно. Мисс Стил — это блестяще.

Я пробормотал свое согласие и увидел, что она опять покраснела. Я сажусь напротив нее и стараюсь обуздать свои мысли.

Она выудила скомканные листы бумаги и мини-СиДи диктофон из своей огромной сумки. Мини-СиДи диктофон? Разве это не кануло в лету вместе с кассетным проигрывателем? Иисусе — она обхватив его полностью, умудрилась уронить дважды проклятую вещь на мой кофейный столик Баухаус. Очевидно, она никогда не делала этого раньше. Я не мог понять и находил это забавным. В обычных условиях нарушение двигательной активности вывело бы меня из себя, нахер, но сейчас я прятал свою улыбку прикрывая указательным пальцем, и сопротивлялся стремлению настроить диктофон для неё самому.

Она все больше и больше волновалась, и мне пришло в голову, что я мог бы усовершенствовать её моторику с помощью хлыста. При правильном использовании он мог бы научить даже самого неуклюжего. От блуждающей мысли я заерзал в своем кресле. Она взглянула на меня и прикусила свою нижнюю губу. Черт! Как я раньше не заметил этот рот.

Как бы она взглянула на это?

«Простите, я не привыкла к этому.»

Я мог бы сказать, детка — мои мысли нелепы, — но прямо сейчас я не взялся бы трахать тебя, потому что не могу отвести взгляд от твоего рта.

— Делайте то, что необходимо, мисс Стил.

Мне нужно время, чтобы привести свои мысли в порядок.

Грей, сейчас же прекрати.