На пятьдесят оттенков светлее

— Каждая хорошая жена обеспокоена здоровьем своего возлюбленного мужа, мистер Грей, — предостерегаю его я, посмеиваясь.

— Возлюбленного? — шепчет он, и этот пикантный вопрос повисает между нами.

— Очень возлюбленного. — я стремительно целую его и он улыбается своей застенчивой улыбкой.

— Вы хотите причалить к берегу чтобы поесть, миссис Грей?

— Я хочу есть везде, где ты счастлив.

— Хорошо. — Он усмехается. — На борту я смогу охранять тебя. Спасибо за подарок. — Он протягивает руку и быстро хватает камеру, и держа на расстоянии вытянутой руки, он моментально фотографирует нас обоих в нашей послещекоточной, посткоитальной и послеобнимательной позе.

— Все для вас, — улыбаюсь я и его глаза светятся…

***Мы блуждаем по богатому, позолоченному, сверкающему дворцу восемнадцатого столетия в Версале. Однажды скромный охотничий домик — был преобразован «Королем Солнце» в великолепный, чрезмерно богатое место власти. Но, даже, до окончания восемнадцатого века — пришел конец последней, абсолютной монархии. Самой потрясающей комнатой был «Зеркальный Зал». После полудня, солнечный свет заливает комнату сквозь окна с запада, освещая зеркала, что на восточной стене, заставляя играть под своим светом сусальное золото и хрустальные люстры. Созерцание этого захватывает дух.

— Интересно понаблюдать, что стало с деспотической манией величия, которая изолировала себя в таком великолепии, — шепчу я Кристиану, стоящему возле меня. Он искоса смотрит на меня и улыбается.

— Укор в мою сторону, Миссис Грей?

— О, это просто мысли вслух, Мистер Грей. — И я делаю небрежный взмах рукой, указывая на обстановку вокруг нас. Ухмыляясь, он следует за мной в центр комнаты, где я глазею на вид живописных садов, отражающихся в зеркалах, и захватывающий вид Кристиана Грея, — моего мужа. Его взгляд становится ярким и смелым.

— Я бы построил это для тебя, — шепчет он. — Только, чтобы увидеть, как свет играет в твоих волосах, именно здесь, именно сейчас. — Он заправляет прядь волос мне за ухо. — Ты похожа на ангела. — Он целует меня чуть ниже мочки уха, берет мою руку в свою, и шепчет: «Мы тираны, делаем это для женщин, которых мы любим». Я краснею от его комплимента, застенчиво улыбаясь, и иду за ним через огромный зал.

— Что ты об этом думаешь? — спрашивает Кристиан тихо, делая глоток послеобеденного кофе.

— О Версале?

— Показная мишура, не так ли? — он ухмыляется.

Я оглядываюсь вокруг, и приуменьшенное сравнением, великолепие столовой «Fair Lady» — заставляет мои губы морщиться.

— Едва ли это показуха, — чуть виновато говорит Кристиан

— Я знаю. Это прекрасно. Лучший медовый месяц, какой хотела бы девушка.

— Неужели? — говорит он, искренне удивившись. И застенчиво улыбается.

— Конечно.

— У нас осталось два дня.